Независимое аналитическое обозрение

    БЛИЦ-ОПРОС

Чем, на ваш взгляд, увенчается политика санкций Запада в отношении России?

Результаты опросов

Нижний Новгород Online - Нижегородский городской сайт
nnov.ru - доменная зона Нижнего Новгорода
© 2003-2021, Martovsky
Главная > Аналитика

06.06.2005 Референдумы во Франции и Нидерландах как индикатор кризиса элитарного проекта объединения Европы

Авторы: Маслов Олег Юрьевич , Александр Васильевич Прудник

Референдум во Франции, а затем и референдум в Нидерландах отвергли проект Конституции объединенной Европы. Десятки тысяч рефлективных мнений и суждений о том, из-за каких именно причин граждане Франции и граждане Нидерландов не поддержали проект Конституции, не дают целостную картину произошедшего. Выделение какой-либо одной причины или спектра взаимосвязанных и взаимозависимых причин, из-за которых граждане двух цивилизованных стран отвергли, казалось бы, очевидный шаг в желаемое будущее, не столько упрощает видение произошедшего, сколько уводит от истинного понимания итогов общенациональных референдумов. Было бы большой ошибкой сводить всё к внутринациональным проблемам Франции и Нидерландов. Необходимо объективизировать процесс принятия Конституции объединенной Европы для того, чтобы увидеть реальные кризисные явления по пути движения Европы к объединению. А также для того, чтобы Латвия, ратифицировавшая проект новой Конституции решением парламента, не выглядела более просвещенной и более цивилизованной, чем Франция и Нидерланды. А понять происходящее можно лишь в формате "элита – народ".


Два пути к объединенной Европе 21 века

Процесс ратификации Конституции объединенной Европы в каждой из 25 стран проходит либо через общенациональный референдум, либо путем принятия соответствующего правового решения парламентом. Таким образом, перед лидерами стран объединенной Европы стоял выбор, каким именно путем двигаться в желаемое будущее. И лишь 10 из 25 стран решили идти путем референдумов. На сегодняшний день состоялись три общенациональных референдума: в Испании, во Франции и в Нидерландах. За ними последуют референдумы в Португалии, Люксембурге, Польше, Ирландии, Дании, Англии и Чехии. Глава Европарламента Баррель успокаивал журналистов после оглашения итогов референдума во Франции тем, что если проект Конституции будет ратифицирован в 20 из 25 стран, то она вступит в действие. Поэтому, несмотря на то, что референдумы в Англии, Дании и Польше и могут пройти по французскому сценарию, это не остановит Европу на пути к желаемому будущему.

Необходимо отметить, что во многих европейских СМИ пытаются представить Францию и Нидерланды в виде неких "заблудших овец", что представляется очень большой ошибкой. Тем более, когда критика итогов референдумов идет от представителей тех стран, лидеры которых отказались от референдумов. Лидеры этих стран выбрали элитарную форму ратификации Конституции объединенной Европы. А в эгалитарном формате референдумов счет 2 : 1 в пользу народа, а точнее 3 : 0, так как во всех трёх случаях решение осталось за народом. Решения по Конституции в Испании, Франции и Нидерландах обрели доверительную легитимность. 21 век не случайно называют информационной эпохой. Разве можно сравнить по воздействию на массовое сознание граждан Европы, да и не только Европы, референдумы в Испании, Франции и Нидерландах с процессом нажимания кнопок парламентариями в Латвии или Германии?

Лидеры каждой из 25 стран выбрали тот или иной путь движения в будущее. И выбор этого пути не случаен. Но объективизировать процесс принятия Конституции объединенной Европы и выявить кризисные явления в рамках данного процесса можно только через призму общенациональных референдумов. Лидеры 15 стран Европы вывели народы своих стран из статуса субъекта европейской политической жизни. Они решили, что народ не может быть субъектом легитимизации Конституции объединённой Европы. И именно в этом аспекте заложены будущие трудноразрешимые проблемы Новой Европы. Пропасть между формальной (элитарной) легитимностью и доверительной легитимностью будет с каждым годом только возрастать. Необходимо также отметить, что отказ от доверительной легитимности, как это ни покажется парадоксальным, в состоянии в значительной степени понизить уровень конкурентоспособности Европы в динамично изменяющемся мире. (http://www.polit.nnov.ru/2004/10/14/low/) Это также станет очевидным уже в ближайшие годы.


Испания, Франция, Нидерланды...

Итоги референдума в Испании (20.02.2005) породили надежду на более чем благоприятное принятие новой Конституции во всех 25 странах объединенной Европы. "За" Конституцию в Испании проголосовало 76,7%, "против" - 17,6%, "воздержались" - 5,7%. Эксперты отмечали относительно низкую явку на референдум – 42,4%, а также уникальную политическую ситуацию, сложившуюся в Испании накануне референдума. За Конституцию выступали и правящая партия социалистов во главе с Сапатеро и оппозиционная "Народная партия". Поэтому, по мнению ряда экспертов, нельзя было экстраполировать итоги референдума в Испании на другие страны Европы, которые выбрали путь референдума. Но тогда к данным осторожным оценкам отнеслись без должного внимания.

Что отмечают все без исключения эксперты, комментируя итоги референдумов во Франции и в Нидерландах, так это явку избирателей. Во Франции она составила 69,74%, а в Нидерландах 62%. Именно это не позволяет подвергнуть сомнениям итоги прошедших референдумов. Во Франции "за" Конституцию проголосовали 45,19%, "против" - 54,81%. Таким образом, число противников принятия Конституции объединенной Европы превзошло число сторонников более чем на 2,5 миллиона голосов. Напомним, что в ходе президентских выборов во Франции в апреле 2002 года, вышедших во второй тур Жака Ширака и Жан-Мари Ле Пена разделяло менее миллиона голосов. Более того, сравнение итогов президентских выборов во Франции, а также итогов последних парламентских выборов, с итогами прошедшего референдума не позволяют утверждать, что итоги референдума являются следствием слабости уже ушедшего в отставку правительства Раффарена. Жан-Мари Ле Пен, провозглашавший, что за Конституцию объединенной Европы проголосуют только "рабы и овцы", не мог за три прошедших года более чем на 10 миллионов увеличить число своих сторонников.

Итоги референдума в Нидерландах, в которых "за" принятие Конституции высказались только 38% граждан, пришедших на референдум, а "против" - 62%, позволяют более объективно оценить и итоги референдума во Франции. Власти Нидерландов признали, что одним из мотивов голосования "против" Конституции объединенной Европы было стремление сохранить свою самобытность, страх раствориться в объединенной Европе. А то, что Франция и французы более чем ревностно относятся и к своему языку, и к своей культуре, не является большим секретом. Таким образом, то, с чем столкнулась объединенная Европа, называется, если перефразировать известного американского социолога Мануэля Кастельса, этнокультурной самобытностью сопротивления. Референдумы достаточно часто выполняют защитную функцию для различных народов. (http://www.polit.nnov.ru/2005/04/19/referendum/) Референдумы во Франции и Нидерландах окрашены именно в защитные цвета.


Референдум и Германия

Осенью 2004 года в Германии бурно обсуждался вопрос о возможности проведения референдума по вопросу Конституции объединенной Европы. Как известно, проведение референдумов в Германии в Конституции этой страны не предусмотрено. Проведение референдумов возможно лишь в исключительных случаях и только на региональном уровне. Запрет на проведение референдумов был закреплен в Конституции страны как один из сдерживающих механизмов, служащих препятствием скатыванию внутренней политики в открытый популизм. Немецкая властная элита разделилась по данному вопросу. Так "за" референдум активно агитировал премьер-министр Баварии Эдмунд Штойбер и лидер христианско – социалистического союза Маркус Содер. В частности, по мнению Содера референдум помог бы преодолеть апатию, царящую среди немецких избирателей. Генеральный секретарь ХДС Лоренц Майер заявлял, что у его партии имеются серьезные сомнения относительно целесообразности отмены запрета на проведение общенациональных референдумов. Но он высказывался, что ради европейской Конституции партия готова рассмотреть этот вопрос. В числе противников референдума был и министр иностранных дел Германии, неформальный лидер "зеленых" Йошка Фишер. Дебаты по вопросу референдума закончились сохранением status quo существующего в германском законодательстве, и это вполне объяснимо в рамках ретроспективного взгляда на историю Германии.


Референдумы Адольфа Гитлера

В 30-е годы 20 века в Германии прошли несколько десятков референдумов. Особенно много их было во второй половине 30-х годов Проведение многочисленных референдумов привело не только к уникальной правовой ситуации, в рамках которой создавалась иллюзия, что все судьбоносные решения в стране принимаются народом, но и к укреплению и личной власти Гитлера.

В 1933 году был проведен референдум о выходе Германии из Лиги Наций. Пропаганда утверждала, что Лига Наций вредна для Германии. За выход из Лиги Наций проголосовало 95% граждан Германии. В 1934 году 90% саарцев проголосовали за возвращение этой земли в состав Германии. 98% немцев одобрили ввод германских войск в демилитаризованную Рейнскую область. Особо следует отметить, что в 1939 году граждане Германии поддержали аннексию Литовского порта Мемеля (Клайпеды), так как речь шла о возвращении того, что "принадлежало немцам". Необходимо вспомнить также референдум о включении Австрии в состав Германии. Причем данный референдум прошел через месяц после присоединения Австрии к Германии, когда немецкие войска уже были введены в эту страну. 99,7% австрийцев одобрили исчезновение своей собственной страны.

Ретроспективный взгляд на историю референдумов в Германии позволяет понять мотивацию немецких лидеров, но это не дает им права осуждать решение народов Франции и Нидерландов. Франция помнит о референдумах Де Голля и вычеркнуть позитивные итоги этих референдумов из истории Франции невозможно. Не случайно именно Де Голль является самым известным французом 20 века.


Формальная легитимность и доверительная легитимность или кризис демократии в Европе

Обсуждение итогов референдумов во Франции и Нидерландах вылилось в четкое осознание различия ценностей и приоритетов у национальных элит и простых граждан. Парадокс ситуации, сложившейся в Нидерландах, заключается в том, что против проекта Конституции объединенной Европы проголосовало более 60% граждан страны, а если бы ратификация Конституции проходила в парламенте Нидерландов, то Конституция объединенной Европы была бы поддержана 80% парламентариев. Возникает правомерный вопрос: "Кого же представляют властные элиты различных стран Европы?". А это подводит нас к осознанию отличий между формальной легитимностью и доверительной легитимностью.

Под легитимностью принято понимать законность того или иного действия, документа или решения. Для законодательств большинства стран Европы и итоги референдума, и решение парламента являются равно легитимными. Но в вопросе принятия парламентом страны решения о ратификации Конституции объединенной Европы через соответствующее решение парламента есть некий элемент отчуждения граждан страны от власти, и соответственно от разделения ответственности за данное решение. А итоги референдума – это получение мандата доверия от граждан страны на важнейший шаг в международной сфере. Лидеры 15 стран Европы фактически отказали гражданам своих стран в доверии. Означает ли это, что политическая конструкция, которая будет построена лишь усилиями властных элит 25 стран Европы, будет прочной? Прошедшие референдумы продемонстрировали правящим элитам, что их попытка строить Новую Европу без европейцев больше не будет встречаться с молчаливой покорностью.

Не исключено, что референдумы во Франции и Нидерландах продемонстрировали очевидные признаки исчерпанности демократии, как элитарного проекта. Можно ли создать Новую Европу в рамках политической технологии прошлого века или для воплощения мечты потребуется более совершенная система общественно – политических отношений? Прошедшие референдумы поставили и этот вопрос в повестку дня европейской интеллектуальной элиты. Вопрос, скорее всего, не стоит об исчерпанности демократии. Вопрос стоит о необходимости перехода к более совершенной демократии. И этот вопрос крайне важен не только для будущего Европы.


Европа между экономической глобализацией и этнокультурной глобализацией

Не является большим секретом, что движущей силой в деле объединения Европы является экономика. Процесс объединения Европы, начавшийся с "союза угля и стали", вышел на новую стадию после введения единой валюты - Евро. И реальным успехом Европы в области экономики необходимо было правовое закрепление в области политики. В Конституции объединенной Европы более 40 раз упоминается понятие "рынок", что подтверждает, что объединение Европы проходит в рамках экономической глобализации. А требование всё новых и новых членов – это естественное требование динамично расширяющегося рынка.

Итоги референдумов во Франции и Нидерландах продемонстрировали, что граждане этих стран озабочены сохранением своей самобытности, сохранением своих традиций, сохранением своего собственного национального лица. А это требование нового формата глобализации, отвергающего обезличивание, универсализм и стандартизацию. Это требование этнокультурной глобализации. Хочется надеяться, что это требование будет услышано властными элитами ведущих стран Европы.

Если в плоскости экономики выгоды властных элит являются очевидными, даже в плане организации новых вакансий в Брюсселе, то экономические выгоды простых граждан стран Старой Европы не столь очевидны. Так, Хавьер Салана уже без двух минут министр иностранных дел объединенной Европы. Его назначение на этот пост является, по мнению большинства экспертов, неизбежным, в силу целого ряда обстоятельств. Но таких ясных и четких перспектив, как у Саланы, нет у большинства граждан Франции и Нидерландов, что и продемонстрировали итоги прошедших референдумов. Проект объединенной Европы в рамках принятия Конституции – это элитарный проект. Итоги выборов в большинстве стран объединенной Европы демонстрируют усиление влияния левых сил, а это настоятельное требование эгалитарного вектора развития Европы. Но эгалитарный вектор развития Европы возможен только в рамках этнокультурной глобализации. Таким образом, объединенной Европе придется решать вопрос об уравновешивании процессов экономической глобализации с реальными требованиями граждан различных стран Европы по развитию этнокультурной глобализации.


Взгляд со стороны

Забавно наблюдать размышления российской властной элиты об итогах референдумов во Франции и Нидерландах. Складывается впечатление, что российская властная элита уже полностью освоила технологию применения двойных стандартов. Представьте себе на минуту, что на общероссийский референдум вынесены следующие вопросы:

  • Согласны ли вы с тем, что главы субъектов федерации не будут избираться гражданами, проживающими в данных субъектах федерации, и что глав субъектов федерации будет назначать Президент страны?
  • Согласны ли вы с тем, что в Государственной Думе не будет представителей с мест, и что Государственная Дума будет на 100% состоять из членов различных партий?

Сложно себе представить, что, даже в нынешних условиях работы центральных телеканалов и при фактически полном отсутствии контроля над деятельностью участковых избирательных комиссий, на один из этих вопросов российским властям удалось бы получить положительный ответ. Даже при 20% явке на данный референдум.

Не менее забавно читать в сети Интернет и поучительные реплики представителей польской властной элиты. Нагнетание антироссийских настроений в этой стране достигло таких масштабов, что высказывания типа "Польша – это Европа, а Россия – это Азия", "Польша - это цивилизация, а Россия – это варварство", "Польша – это просвещение, а Россия – это мракобесие" и вообще "между Россией и Польшей не было и не будет ничего общего", стали обыденными. Если послушать поляков, то все граждане России должны на протяжении десятков веков вымаливать у них прощение за преступления их предков. Но в итогах референдума во Франции был протест и против "польского сантехника". Так что вопрос о "просвещенной, цивилизованной, европейской" Польше до конца не решен, и еще неизвестно, нужны ли Новой Европе миллионы граждан с психологией только что вырвавшихся на свободу рабов. Изыски польских интеллектуалов забавно наблюдать и по той простой причине, что лишь 20% граждан Польши (http://www.polit.nnov.ru/2004/07/12/euro/) участвовали в делегировании своих полномочий депутатам Европарламента в то время, как во французском референдуме приняло участие 70% граждан этой страны. Во Франции интегральное мнение граждан этой страны является мнением французского народа. Но кого представляют в Европарламенте польские парламентарии? И тем более, какое право имеют эти парламентарии высказываться о решении всего французского народа?

Безусловно, предстоящий референдум в Польше будет наиболее интересным с точки зрения самоидентификации граждан Польши, как суверенного государства в целом. Именно польская властная элита настаивала на включении в Конституцию объединенной Европы упоминание христианства. Смерть Иоанна Павла Второго создала в Польше своеобразный культ этого религиозного деятеля. А мнение Иоанна Павла Второго по данному вопросу (http://www.polit.nnov.ru/2005/04/06/papa/) является известным каждому католику в Польше. Поэтому голосование на референдуме даст абсолютно объективную картину истинных умонастроений в этой стране. Если победят представления граждан Польши об экономической выгоде от принятия Конституции, то тогда поклонение Иоанну Павлу Второму – это не более чем проявление этнокультурной самобытности. Подобные проявления достойны того, чтобы они были представлены в любом просвещенном обществе, но положительный исход польского референдума позволит рассматривать показную религиозность поляков как своеобразный пиар или как одно из проявлений элитарности. Не более того.


Продолжение следует...

В Европе пройдут референдумы еще в семи странах. И они также дадут богатую пищу для размышлений. Можно было бы закончить данную статью шуткой: "а какими бы были итоги референдума в Германии, если бы гражданам этой страны предложили бы ответить на вопрос: "Согласны ли они с включением в состав объединенной Европы Турции?". Но данная шутка лишь позволяет провести четкую границу между элитарным и эгалитарным векторами развития Европы в желаемое будущее. Без баланса данных векторов будущее объединенной Европы более чем туманно.

© 2003-2021, Независимое Аналитическое Обозрение
При любом использовании информации ссылка на polit.nnov.ru обязательна