Независимое аналитическое обозрение

    БЛИЦ-ОПРОС

Чем, на ваш взгляд, увенчается политика санкций Запада в отношении России?

Результаты опросов

Нижний Новгород Online - Нижегородский городской сайт
nnov.ru - доменная зона Нижнего Новгорода
© 2003-2021, Martovsky
Главная > Персоны

26.06.2006 Андрей Климентьев (часть вторая)

Автор: Сергей Кочеров

В современной России, где время течет стремительно, и люди проворно меняются вместе с ним, многие знаковые фигуры на короткий период появляются в огнях рампы, а затем сходят в зрительный зал и лишь изредка напоминают о своем существовании короткими репликами. Таковыми являются, например, бизнесмены Артем Тарасов и Борис Березовский, политики Александр Руцкой и Борис Немцов, журналисты Александр Невзоров и Сергей Доренко, шоумены Николай Фоменко и Филипп Киркоров. Но есть люди, которые по странному капризу судьбы, привлекают общественное внимание даже тогда, когда они не находятся на виду и не определяют нашу жизнь. К таким личностям в масштабах Нижегородской области, несомненно, принадлежит Андрей Климентьев. Сколько раз его заклятые друзья и преданные враги из политического, делового и медийного мира "хоронили" самого известного нижегородского бизнесмена, пророчески вещая о его политической смерти и неминуемом разорении! Однако наступают очередные выборы, и становится ясно, что Климентьев еще простудится на похоронах тех, кто "печаловался" о нем.


Политик или бизнесмен?

Чтобы раскрыть феномен Климентьева, следует определить его "общественную" сущность и выявить причину интереса к нему многих нижегородцев. Для начала надо понять, кем он, прежде всего, является: бизнесменом или политиком, - т.е. какая из этих составляющих его личности играет ведущую роль. Сам Климентьев считает себя бизнесменом, который имеет политические взгляды и гражданскую позицию, побуждающие его принимать участие в выборах. В "холодное время", как политтехнологи называют периоды, когда избиратели отдыхают, он в основном занимается расширением своего бизнеса и делами семейными. Любопытно, что в качестве "чистого" бизнесмена Климентьев наименее заметен, поскольку в этой роли ведет себя как человек совершенно непубличный и потому не привлекающий ничьего внимания, кроме "надзирающих" органов. К активной общественной жизни он пробуждается только тогда, когда приближаются выборы, в которых он желает участвовать. В этот момент он, похоже, испытывает примерно те же самые чувства, которые волнуют боевого коня, пасущегося на сочной траве при первых звуках походного горна.

А каковы собственно политические взгляды Андрея Климентьева? В своей книге он пишет об этом так: "...По убеждениям я отношу себя к правым патриотам. Таким, как Сильвио Берлускони.... Что значит быть правым патриотом? Во-первых, ставить выше всего в политике интересы нации. И, во-вторых, развивать рыночные отношения, направленные на укрепление национального капитала. Надо любить свою родину и верить в активных людей. Вот мое кредо, и назовите эту партию, как хотите. Раньше в России были правые патриоты: Петр Столыпин, Сергей Витте. Люди, которые строили великую Россию и двигали российский рынок. Но сейчас таких политиков у нас я пока не вижу". Оставим в стороне вопрос о том, является ли такой партией "Родина", с которой Климентьев был готов пойти на выборы в Областное собрание. И не будем примерять "галстук Столыпина" на шею Дмитрия Рогозина, который сначала предложил харизматичному нижегородцу войти в партийный список, а затем отступился от него и передал его место самому достойному - своему сыну. Заметим упоминание Сильвио Берлускони в качестве политика, которому явно симпатизирует Андрей Климентьев. На первый взгляд, между бывшим премьером и первым богачом Италии и непризнанным мэром и первым "новым русским" Нижнего мало общего. Но это не совсем так.

Объединяет их, помимо народного облика и монументального тела, природная любовь к жизни со всеми ее земными радостями и неистощимая энергия в разработке всевозможных идей и планов. Оба легко находят общий язык с людьми из народа и не полезут в карман за острым и сочным словом. Интересно сравнить риторические обороты, применяемые ими в полемическом запале для критики своих противников. Так, Берлускони заявляет о коммунистах, что они "доходят до поедания детей", а Климентьев говорит, что в нашей стране они "делали колбасу из людей". Чиновников-социалистов Берлускони сравнивает с "крысами, жиреющими за государственный счет", тогда как Климентьев называет нижегородских чиновников из партии власти "вечно голодными детьми Поволжья". Да и сам их настрой на прорыв в будущее, получение реальных результатов в конкретные сроки говорит о неком духовном родстве. Как известно, Берлускони основал в свое время движение под названием "Вперед, Италия!". Климентьев однажды создал объединение с названием "Правый берег", но все его предвыборные программы написаны как будто под одним девизом: "Время, вперед!".

Разумеется, между этими деятелями можно найти и немало различий, среди которых незнание языка друг друга далеко не самое главное. Берлускони является гораздо в большей степени европейцем и к тому же стремится быть яркой публичной фигурой, находящейся в центре внимания, независимо от того, скоро будут выборы или пока можно расслабиться. Как более искушенный политик он ни за что бы не допустил, чтобы его жена стала компрометировать его в самой важной для него политической кампании, загодя отправив "благоверную" отдохнуть на счастливые острова в сказочные страны. И, в отличие от нижегородского бизнесмена, итальянский телемагнат, конечно, никогда не забывает, что в наше время люди видят реальность такой, какой ее показывают экраны телевизоров и страницы газет. Поэтому он предпочитает не вести доверительные беседы с наиболее "сознательными" журналистами, а приобретать средства массовой информации, прекрасно понимая, что многие из них принесут ему финансовые убытки, но без них не получишь и политических дивидендов.

Любопытно, что Климентьев, придерживаясь во многих отношениях передовых, современных взглядов, безнадежно консервативен в отношении собственного имиджа. В своей книге он пишет об этом так: "На кого я похож больше всего? Журналисты раньше часто сравнивали меня с русским купцом. Это верно в отношении к работе, потому что я люблю работать и создавать новые и интересные вещи. Но в остальном я на него совсем не похож. Потому что русский купец был большой любитель выпить и погулять, а мне это неинтересно. Разве что речь идет о купце-старовере. Кстати, я уважаю староверов. За их твердость, верность своим убеждениям, сохранение в себе древнего русского начала". Это отчасти объясняет, почему совершенно светский в своей жизни Климентьев может более талантливо и убедительно "противостоять гонениям и страдать за правду", чем упорно расшатывать и подавлять своих противников, используя максимум из тех возможностей, которые сокрыты в реальности.

Например, для многих московских и нижегородских политиков и политологов остается загадкой, почему он так и не свел счеты с предавшим его Борисом Немцовым, к которому у нынешней центральной власти, как говорится, "накопились претензии". Насколько известно, на Климентьева выходили посредники от весьма влиятельных людей, обещавшие ему самые разные, в том числе и политические, преференции в обмен на реальный компромат о бывшем нижегородском губернаторе. Итог этих переговоров был, как правило, малопродуктивен для столичных "искателей истины", что следует из их слов о "недоговороспособности" Климентьева, который ведет себя не как "командный игрок". Сам же нижегородский бизнесмен объясняет свое поведение тем, что не укладывается в привычные понятия "кремлевских ходоков". Несколько лет назад, как бы предвидя эту ситуацию, он писал в своей книге: "Некоторые говорят, что настанет час, когда людям из окружения президента понадобится компромат на Немцова, и тогда генеральная прокуратура проявит интерес к делу о “навашинских миллионах”. Вот это вечное ожидание “нужного часа” особенно противно. Я считаю, что если человек совершил преступление, то надо заниматься его делом немедленно. А люди, которые скрывают преступление, должны быть подвергнуты уголовной ответственности за сокрытие преступления. Причем, это касается не только Немцова". Поэтому и трудно общаться "серьезным людям" с этим "уголовником": они с ним говорят по понятиям, а он отсылает их к закону.

Кто же такой Андрей Климентьев: бизнесмен или политик? Я бы сказал, что это предприниматель по роду занятий, для которого политика является хобби. Правда состоит в том, что Андрею Анатольевичу нравится участвовать в выборах, поскольку они мобилизуют его кипучую натуру и он получает от этого сильный кайф. Он, разумеется, не городской сумасшедший, чтобы избираться на всех уровнях: от депутата земского собрания до Президента России. Климентьев придирчиво относится к электоральным кампаниям, как правило, принимая участие в выборах мэра, иногда - в выборах депутата Госдумы, однажды - в выборах депутата городской думы и областного собрания. Поскольку он избирается на свои деньги, то стремится к победе или, по крайней мере, к выходу во второй тур. Но, будучи неоднократно снят с выборов за излишние симпатии нижегородцев, он не может не просчитывать этот риск и поэтому порой получает удовольствие от процесса. Например, от живого общения с избирателями, в искусстве которого он не имеет себе равных в Нижегородской области. Если бы он хотел извлечь выгоду из политики, то давно озолотился бы на солидных "откатах", предлагаемых за его неучастие в выборах. А Климентьев идет на них с открытым забралом даже тогда, когда его "отечески" предупреждают, что в этом случае у него будут проблемы. И ведь знает, что могут устроить нападение на офис, будут доставать всевозможными проверками, ну и, в крайнем случае, посадят. "А он, мятежный, ищет бури, как будто в бурях есть покой".


Пока суд да дело

Другим побочным занятием, которому Андрей Климентьев уделяет, пожалуй, даже больше времени, чем выборам, является его участие в самых разных судебных процессах. Частые прения с прокуратурой и судьями являются для него делом вынужденным, и хотя это не доставляет ему таких положительных эмоций, как общение с избирателями, Климентьев всегда готов подхватить брошенную ему перчатку, а порой и швырнуть ее в лицо своих противников. Складывается впечатление, что в отношении к судьям и следователям он еще с советских времен усвоил принцип "не верь, не бойся, не проси" и с тех пор претворяет его в жизнь. Излишне говорить, что Климентьев ни на грош не верит в независимость судебной власти в России. В своей книге он пишет о том, что "все мы по-прежнему живем в условиях беззакония. Главная проблема состоит в раболепии судей перед высокими чиновниками. ... Люди, которых судят, хотят только одного - справедливости. Но ничего пока не получается. Должно быть так, чтобы судья отвечал за каждую букву своего приговора. А нынешние судьи ни за что не отвечают. Ну и что из того, говорят, что здесь перепутал, там ошибся?!". Эти заявления он часто иллюстрирует примерами из своего опыта общения с российской Фемидой.

В частности, он вспоминает, как в процессе судебного разбирательства по "делу о навашинских миллионах" городской прокурор Шевелев и следователь Денисов еще до приговора суда продали его корабль и ремонтный док. "При этом они говорили мне, - пишет Климентьев, - примерно следующее: тебя все равно посадят, а так хоть что-то государству вернем. Не знаю, на что были потрачены вырученные за продажу средства (2,5 млн. долларов за корабль и 3 млн. долларов за док). На мой запрос об их дальнейшей судьбе окружной прокурор Звягинцев туманно ответил, что “деньги пошли на благо народа”. Было бы интересно узнать о том, на благо какого народа они пошли и насколько они его повысили". Не забыл он и том, как его арестовали прямо в зале суда после сенсационной победы на мэрских выборах в 1998 г. под предлогом нарушения подписки о невыезде. "Если я нарушил эту подписку, - рассуждает Климентьев, - то меня надо взять под стражу. Но если я ничего не нарушал, а судья Попов меня арестовал, то под стражу нужно взять самого судью. Однако никто этого не делает, потому что он друг и приятель чиновников. Он так и написал: “Климентьев нарушил подписку о невыезде, и я беру его под арест. Попов”. А если он лжет, и это служебный подлог? Тогда он должен отвечать за служебный подлог и, может быть, за превышение служебных полномочий. Но ничего, тишина...". Но, пожалуй, самое любопытное, с чем столкнулся опальный бизнесмен за время судебных разбирательств, - это то, что в отношении него не действуют даже решения вышестоящих правовых инстанций, когда они, хотя бы формально, признают правоту его кассационных заявлений.

Например, по словам Климентьева, Генпрокуратура семь раз отменяла решение областной прокуратуры по поводу расследования обстоятельств его снятия с выборов в 2003 г., а та продолжает делать вид, что у нее с этим делом все в ажуре. До сих пор так и не проведена окончательная графологическая экспертиза подписи той гражданки, которая утверждала, что некий злодей украл у нее паспорт, чтобы перечислить по нему деньги в избирательный фонд Климентьева, а затем вернул ей похищенный документ. "Что за бред?", - спросит наивный читатель, но именно за этот "бред" судья Вавилычева сняла Климентьева за день до выборов в 2002 г., когда он лидировал в мэрской кампании. Никто из работников суда, прокуратуры и милиции, которые обеспечивали "правовое прикрытие" политического дела, никакой ответственности не понес, а крайним остался, как всегда, сам потерпевший. Как с иронией пишет Климентьев, "нижегородскому районному суду хватило недели, чтобы во время выборов отобрать у меня ребенка. Но ему не хватило двух лет, чтобы рассмотреть дело против прокурора Шевелева. Зачем тогда судиться? Когда дело решается в их пользу, оно рассматривается быстро. Когда не в их пользу - оно длится вечно".

Богатую пищу для размышлений о независимости российской судебной системы дает и нынешнее дело о "трех колосках", которое возбудили против опального бизнесмена. Все началось с того, что 31 июля 2005 г. было якобы произведено тайное хищение "путем обмолота комбайном с поля № 11 площадью 80,2 га, расположенного у с. Пермеево Б-Болдинского р-на Нижегородской области, урожая озимой пшеницы элитных семян, принадлежащего МУСП "Сергеевский". По подозрению в совершении хищения был задержан Климентьев, однако само задержание произошло почему-то не сразу после уборки урожая в южном районе области, а только 19 января в УВД Нижнего Новгорода, куда означенный гражданин был вызван повесткой в качестве свидетеля. Ущерб от хищения оценили примерно в 2 млн. рублей, преступление отнесли к особо тяжким, сочли, что подозреваемый может скрыться от следствия или запугать свидетелей и на этом основании избрали ему меру пресечения в виде заключения под стражей, где он с тех пор и пребывает по сей день. Заметим, что задержание произошло накануне конференции регионального отделения партии "Родина", которая должна была утвердить Климентьева во главе своего партийного списка на выборах в Областное собрание. Впоследствии выяснилось, что арест бизнесмена планировался еще в сентябре 2005 г. в связи с выборами главы Нижнего Новгорода, но Климентьев на выборы не пошел, и дело отправили пылиться на полку, тем более что все зерно было возвращено.

По ходу разбирательства стали всплывать интересные детали. Оказывается, не было никакого "тайного" хищения, и пшеница была не элитной, а самое главное МУСП "Сергеевский" не имел никаких документов, подтверждавших его законные права на данное поле. Собственником этого земельного участка, судя по документам, является ООО "Пермеевское", с которым Климентьев заключил арендный договор. По словам бизнесмена, его фактически обвиняют в том, что он сам у себя украл. Спустя некоторое время, когда следствию стало ясно, что оно подводит уголовную статью под дело, которое должно решаться в арбитражном суде, Климентьеву было предъявлено новое обвинение. На этот раз в мошенническом присвоении 50 тыс. долларов некоего г-на Серпухова, которого он якобы уговорил внести долю в строительство ресторана и казино, а затем "кинул" доверившегося ему человека. Сам Климентьев утверждает: "Что касается этого обвинения, видно, что господин Серпухов (он же в советское время - преступный авторитет Стас "Мойва", известен в Москве, Сочи, Ялте и находится в компьютерах МВД РФ и Украины) вступил в сговор с милицией. Повтор дела А. Быкова и Паши "Цветомузыки". Так это или не так, не нам судить, но вызывает интерес, что данное дело, начатое еще в 2000 году, с назойливой регулярностью возникало во время выборов, в которых участвовал Климентьев. И вот оба эти столь непохожих эпизода объединены по "принципу амальгамы", применявшемуся еще в процессах инквизиции и в судах эпохи Французской революции. Для тех, кто не знает, - это, когда человека судят одновременно за богохульство и кражу ложек со стола, или за шпионаж и развращение малолетней. Дело, сочетающее "два в одном", было направлено вместе с обвинительным заключением для рассмотрения в Большеболдинский районный суд Нижегородской области. Там его и обсудят вдали от шума городского, в период летних отпусков.

Нет, вы не думайте, что наше правосудие осталось глухо к протестам Климентьева. Следователь Панина, которая проводила расследование, уволена из ГСУ при ГУВД Нижегородской области и работает в данный момент в районном отделении милиции Советского района. Возбуждено уголовное дело против работника оперативной следственной группы капитана Хлебникова. Назначена прокурорская проверка по подделке документов следователем Зыковым по уголовному делу Климентьева. Попробуем угадать, какие санкции применят к этим людям, если их вина в фабрикации дела будет установлена. Наверное, слегка пожурят, объявят выговор, в крайнем случае уволят с одной работы и переведут на другую. А вот Климентьева, если он не докажет свою невиновность, осудят как злостного рецидивиста и расхитителя капиталистической собственности. И пусть сидит шестой месяц, невзирая на его диабет, жару за окном и духоту в камере. Не сахарный, не растет! Как можно равнять его с теми, кто ведет его дело? Ведь эти судьи и следователи работают на государство. А Климентьев - надо бы еще разобраться, на кого он работает. Как сказал мне один депутат Госдумы от "Единой России", "Климентьев - он Путину враг. Поэтому мы его щадить не станем". И важно удалился в гордом сознании своей причастности к спасению государства и государя.


Жеглов против Климентьева

Можно ли считать Андрея Климентьева жертвой судебного произвола в данном деле или в его прошлых делах? Как можно думать, основания для этого есть, но такое определение для него все же недостаточно. Жертвой судебного произвола может стать и бывший зам председателя Областного собрания Михаил Дикин, если его посадят за преступление, которое он не совершал. Кстати, если верить Климентьеву, он недавно встретился с ним в камере Областного суда. На его сайте приводится краткая запись их беседы: "...Он сказал: "Я не знал, что такой правовой беспредел существует". Я ему ответил: "Где ты был раньше, Миша?". Но проблема Дикина состоит в том, что он попал в разборку, затронув интересы людей, с кем ему не следовало связываться. Проблема Климентьева заключается в том, что он вступил в конфликт с системой, характеризующей отношения между властью и человеком в нашем обществе. Для того чтобы доказать правоту данного вывода, представлю в роли противника Климентьева виртуальную личность, что является идеальным защитником данной системы.

Мой выбор пал на Глеба Жеглова, героя романа братьев Вайнеров "Эра милосердия", по которому режиссер Говорухин поставил свой знаменитый фильм "Место встречи изменить нельзя". Замечу сразу, что речь пойдет не о персонаже, которого блестяще сыграл Владимир Высоцкий. С таким Жегловым у Климентьева могло и не возникнуть острых противоречий, тем более что нижегородский бизнесмен по своей судьбе и фактуре похож на героев некоторых песен Высоцкого (например, "Охоты на волков") и вполне мог бы сказать о себе словами из другой песни: "Я согласен бегать в табуне - Но не под седлом и без узды!". В данном случае более интересен литературный персонаж, который заметно отличается от образа в фильме Говорухина. В книге Жеглов - личность, хотя и привлекательная, но наделенная отрицательным обаянием, которое она к тому же утрачивает в конце романа. Это - талантливый и жестокий "сыскарь", соединяющий достоинства легавой и овчарки, верный пес государства, который всегда готов идти по следу и бесстрашно броситься на тех, на кого ему укажет его охотничий инстинкт или приказ высокого начальства. И пуля, посланная им вдогонку сдавшему банду Левченко, значит для него не больше, чем кошелек, подброшенный им карманнику Сапрыкину. Поэтому задержанный по ложному обвинению Груздев имеет все основания сказать своему спасителю Шарапову о Жеглове: "Для него люди - мусор. Он перешагнет через любого".

У Жеглова как человека идеи есть своя жизненная философия. Его кредо изложено в известной фразе: "Вор должен сидеть в тюрьме!". Кстати, именно эту фразу в качестве решающего доказательства вины Климентьева чаще всего приводил и приводит Борис Немцов. При этом данный либерал, считающий, в отношении других либералов, что вину человека может определить лишь независимый и объективный суд, никогда не испытывал угрызений совести по поводу того, что своего бывшего друга он публично объявил "вором" до всякого суда и следствия. Или, может быть, все дело в том, что, как пишет в своей книге Климентьев, "по заявлению Немцова в октябре-ноябре 2000 года провел расследование один из лучших нижегородских следователей Константин Захаров (дело № 68135). Он установил, что Немцов тогда должен был находиться на скамье подсудимых рядом со мной, а не проходить свидетелем по моему делу". Но я несколько отвлекся от незабвенного Глеба Жеглова. Для него, как и для Бориса Немцова, истинной "царицей доказательств" в деле была его личная уверенность в виновности человека. При этом сам ли он доходил до мысли такой, или кто подсказывал из авторитетных товарищей, было для него не столь важно. Преступник, он и есть преступник, даже если с виду интеллигентный человек, как тот же Груздев, так чего с ним церемониться! Хорошенько потряси, достань до печенок, влезь в душу - сам все расскажет и во всем сознается. Но что делать, если вдруг окажется, что в тюрьме сидит невиновный человек, а истинный преступник гуляет на свободе?

На этот случай у Жеглова было припасено другое изречение: "Наказания без вины не бывает". По его убеждению, всякий человек, кто был взят под стражу за дело или ради профилактики, был виноват хотя бы в том, что вовремя не разобрался в своей жизни, запутался в связях и отношениях. Так что никаких извинений в отношении невинно задержанных и сидевших по его милости он не делал, поскольку не признавал их невиновности в принципе. "Можете быть свободны, гражданин, и скажите еще спасибо, что мы вас вовремя взяли, чтобы вы смогли над своей жизнью задуматься", - так, примерно, говорил бы Жеглов, если бы снисходил до ответа на застывший в глазах отпущенного вопрос "за что?". Весьма удобная позиция для тех, кто сажает, хотя и рискованная в тех случаях, когда власть меняется. Но при любой власти она выражает отношение государства к человеку, при котором в нем видят работника, налогоплательщика, военнообязанного, потерпевшего, свидетеля или подозреваемого, но только не полноправную личность, хозяина своей судьбы. Так его воспринимает и Глеб Жеглов, верный слуга государства, который будет жилы рвать себе и другим, чтобы оправдать получаемую от государства зарплату. И если его начальник называет Климентьева вором, то, значит, так оно и есть. А виновен тот или нет, это к делу не относится.

Конечно, современные "жегловы" не являются такими идеальными слугами своего государства. Они далеко не столь идейны, не так профессиональны и деятельны, да и живут обычно не на одну зарплату. Но в борьбе с противниками власти они все же более рьяны, чем в борьбе с реальными преступниками. Потому что здесь все дозволено, а ответственности никакой. И если даже понимают, что человека реально преследуют не за то, в чем его обвиняют формально, совесть их при этом чиста, как свежевыпавший снег. В политических делах все решает начальство, а они люди маленькие: что им прикажут, то и выполнят. Лишь иногда они позволяют себе откровенные признания, под которые тут же подкладывают свой "государственный" взгляд на вещи. Сказал же Павел Лаптев, уполномоченный России в Евросуде, где через какое-то время будет рассматриваться дело "Андрей Климентьев против Российской Федерации": "Я, конечно, понимаю, что парень пострадал ни за что, но я на своей должности обязан отстаивать интересы государства, а следовательно, законность вынесенного приговора". Если же довод, что "вор должен сидеть в тюрьме", не проходит, всегда можно вспомнить о том, что у нас "наказания без вины не бывает". Убеждал же зам губернатора Нижегородской области Александр Цапин бизнесмена Климентьева не ходить на выборы вместе с "Родиной", а тот не послушал его совета, да еще и вспылил - сказал, что теперь я тем более пойду. Так ему, Климентьеву, надо было в своих партийных связях вовремя разобраться, тогда, быть может, и не приключилась бы с ним такая неприятность.

Из всего этого не следует, что Андрей Климентьев - самый подходящий персонаж для школьных сочинений на тему "Герой нашего времени". Ничего героического он в своей жизни пока не сделал, если не считать многолетнюю борьбу за право быть самим собой. Он совсем не из тех людей, кто внушает уважение одним серьезным видом или кавалерийской походкой. Фонтанируя разными идеями, он не всегда доводит их до завершения, да и порой создается впечатление, что он любит себя в деле больше, чем дело в себе. Трудно сказать, каким бы он был мэром, если бы власти признали его победу в Нижнем Новгороде хотя бы наполовину с той же охотой, с какой они признали победу во Владивостоке известного криминального авторитета Владимира Николаева по кличке Винни-Пух. Думаю, Климентьев и за два мэрских срока не превратил бы Нижний в российский Детройт или Лас-Вегас. Но, вероятно, даже признав невозможность совершить за короткие сроки "прорыв в будущее", он бы сказал словами героя романа "Пролетая над гнездом кукушки": "Я, по крайней мере, пытался". Потому что люди для него могут быть умными или глупыми, сильными или слабыми, деловыми или "лохами", верными или предающими. Но он не воспринимает их как мусор, как грязь и пыль на "стройках века", тем более когда эти стройки ведутся по большей части только для того, чтобы как можно больше денег осело в карманах чиновников.

Разумеется, для самих чиновников приход Климентьева во власть совсем не нужен. Понятно, что они не могут не убеждать нас в том, что он идет в мэры или в депутаты лишь затем, чтобы захватить больше собственности, так как более важной цели они сами в пребывании во власти не видят. Помнится, в программе В. Шендеровича "Бесплатный сыр" очередное снятие нижегородского бизнесмена с выборов было сопровождено частушкой: "Вновь Климентьев шел во власть, только власть ему не в масть. Не ходи, браток, во власть - власть сама умеет красть". Непонятно только одно: почему тогда на властных должностях находятся эти серые, бездарные, бескрылые люди, которые могут лишь "тащить и не пущать"? Если Климентьев, допустим, не достоин быть главой Нижнего Новгорода, то с чего это они решили, что это место впору для них самих? И хотят ли они знать, что будут говорить о них, когда кончится их время, или они придерживаются убеждения "после нас хоть лужа"? Если вдуматься, то дело совсем не в Климентьеве, а в тех, кого мы выбираем. Да он и сам это сознает, иначе бы не написал в своей книге: "Избирателям следует понять, что во власть надо выбирать не сереньких людей. Они выбирают лидеров, которые призваны улучшить их жизнь. Каким должен быть настоящий президент, губернатор, мэр? Он должен быть яркой личностью, способной принимать нестандартные решения. От такого лидера не стоит ждать, чтобы он был как все. Потому что если он похож на вашего соседа, то зачем вам его выбирать? Лидеров надо отбирать по успеху, которого они достигли в общественно важном деле. Путем проб и ошибок народ учится выбирать этих людей. Только такие лидеры способны поднять нашу экономику и возродить страну". Но прочтут ли эти сроки те, для кого они писаны, и поймут ли они, что только от них зависит, кому будет вручена власть над ними?

© 2003-2021, Независимое Аналитическое Обозрение
При любом использовании информации ссылка на polit.nnov.ru обязательна