Независимое аналитическое обозрение

    БЛИЦ-ОПРОС

Чем, на ваш взгляд, увенчается политика санкций Запада в отношении России?

Результаты опросов

Нижний Новгород Online - Нижегородский городской сайт
nnov.ru - доменная зона Нижнего Новгорода
© 2003-2020, Martovsky
Главная > Аналитика

19.01.2008 Третья американо-китайская война и Первая глобальная Великая депрессия ХХI века

Автор: Маслов Олег Юрьевич

“Ну какие войны в ХХI веке?”
Обычные, такие же ровно,
как в ХI веке, такие же, как в I,
такие же, как в ХI веке до
нашей эры. А что, собственно
говоря, изменилось-то?
Природа людей изменилась?"
(М.Юрьев)

Олимпиада-2008 в Пекине – это знаковое событие в мировой истории. Не исключено, что данное событие по своему влиянию на массовое глобальное сознание превзойдет события 11 сентября 2001 года. Трагедия "9-11" уже подверглась "коррозии скепсиса, неверия и отрицания". Олимпиаде-2008 в Пекине еще предстоит занять свое место в мировой истории. А каким будет это место - покажет будущее.  

Многие Олимпиады, безусловно, являются знаковыми событиями. Олимпиады вписаны в контекст мировой истории. Но что произошло с СССР после Олимпиады 1980 года? Помогла ли Олимпиада в Сараево "снять заклятье 1914 года"? У многих аналитиков есть видение того, что Китай до Олимпиады–2008 и Китай после Олимпиады – это два разных государства. Можно упрощенно рассматривать Олимпиаду, как простейшую презентацию всему миру могущества Китай. Но можно предположить, что реальное проявление могущества Китая мир увидит после Олимпиады-2008 в Пекине.

Олимпиада в Пекине, как это ни парадоксально, усилила тему американо-китайского противостояния. Известный российский интеллектуал С.Кургинян отмечает: "Российская реальность перестала нужным образом соотноситься с возникающей у нас на глазах глобальной реальностью, в которой главное – это конфликт Китая и США. Увы, все данные говорят о том, что этот конфликт развивается быстрее, чем кто-либо мог предположить". Г.Малинецкий выделяет следующее: "Кто определяет сегодня правила мировой игры? Единственная оставшаяся сверхдержава, США. Американец Хантингтон повелел играть всем в "столкновение цивилизаций" – и цивилизации будут сталкиваться. Все что касается доллара... Это же совершенно понятно: обладание печатным станком позволяет поддерживать соотношение "20 к 80-ти". 20 процентов населения Земли – богатые и успешные, а 80 процентов – безнадежные неудачники и нищие, лишняя биомасса. Естественно, это вызывает недовольство других, незападных цивилизаций и желание изменить такой порядок вещей. Хватит ли на это сил у китайцев, индийцев и мусульман?"  Данное высказывание можно немного уточнить - мир уже живет в условиях естественного противостояния двух сверхдержав – Китая и США.

Экономист А.Гончаренко анализирует отдельные аспекты противостояния: "Принципиальное значение приобретает геостратегическое противостояние между Китаем и Соединенными Штатами. К 2030-му КНР сравняется с США по объемам импортируемой нефти. При этом китайское руководство ясно осознает, что без обеспечения надежными источниками энергоресурсов дальнейший рост экономики станет невозможен. Именно поэтому энергетическая безопасность и поиск новых рынков становятся для Китая вопросом "выживания" как одного из лидеров мировой экономики. В свою очередь Вашингтон не заинтересован в усилении китайского присутствия на углеводородном рынке и готов использовать максимум политических и экономических рычагов для того, чтобы не допустить туда китайские нефтегазовые компании".

Система взаимоотношений: взаимосвязанность и взаимозависимость

Российский интеллектуал А.Нагорный выделил следующий формат взаимозависимости экономик США и Китая: "КНР только официально накопила более триллиона долларов золотовалютных резервов, а с учетом "ассоциированных государств", число которых постоянно расширяется (сегодня сюда уже можно — с некоторыми оговорками — отнести даже Японию, Южную Корею и Тайвань, формальных союзников США), эта сумма может быть увеличена минимум вчетверо". Аналитики K2Kapital отметили, что агрессивные действия одной из сторон конфликта могут спровоцировать начало мирового кризиса: "Считается, что покупка Народным Банком Китая, наряду с Банком Японии, казначейских обязательств США, а также ипотечных сертификатов, выпускаемых федеральными агентствами США, позволяет сдерживать рост доходности на рынке американских долговых обязательств, сохранять ипотечные ставки на низком уровне, стимулировать спрос на рынке недвижимости и, тем самым, поддерживать рост американской экономики. В действительности, финансирование текущего платежного баланса США в определенной степени за счет Китая является фактором риска для экономического развития Америки. В случае перегрева китайской экономики сальдо текущего платежного баланса страны может стать отрицательным, вследствие чего центральный банк Китая не будет испытывать необходимости в скупке американских казначейских обязательств, а это, в свою очередь, грозит обвалом на международном рынке облигаций".

Экономист С.Родинов отметил, что "в деле поддержки доллара наибольшими заслугами выделяются Китай и Япония. Китайцы занизили свой юань чуть ли не в 4 раза, накопив 1,2 триллиона долларов в резервах своего ЦБ. Но китайцы делают это с чёткой целью завоевания мировых рынков, вытесняя конкурентов дешевизной своих товаров. Этакий демпинг в масштабах страны. Они надрываются, но поскольку Китай находится в состоянии аграрно-индустриального перехода – это естественный процесс обмена дешёвой рабочей силы на индустриальное могущество. Плюс Китай стал использовать свои громадные долларовые резервы для прямого политического давления на США – этим летом с их стороны уже раздавались угрозы в случае чего уронить доллар. Сравните это – и жалкую борьбу со словом “доллар”, которую вели чиновники и депутаты в РФ". А известный российский интеллектуал Вс.Овчинников выделил еще один аспект взаимозависимости: "Самая крупная община зарубежных китайцев находится не в Азии, а в Соединенных Штатах. Она насчитывает 13 миллионов человек".

"Китайская карта" в США

В.Максименко определяет природу "американского стратегического мышления": "По мнению экономистов и политиков, глобализация - уязвимый "американский продукт". Поэтому общим знаменателем американского стратегического мышления после окончания "холодной войны" стал иррациональный страх перед появлением на Евро-Азиатском континенте новой сверхдержавной силы. Этот страх поддерживается сознанием конечной недостаточности финансового и энергетического ресурсов Соединенных Штатов". Стивен Роуч отмечает следующие факты: "За последние два года на 109 заседании Конгресса были рассмотрены 27 новых анти-китайских законопроектов. Ни один из них так и не был принят". Но вероятность реальных мер, направленных против Китая, возрастает.

Роуч выделяет следующее: "Зловещее, но тщательно взвешенное предупреждение поступило от двух главных притеснителей Китая сенаторов Чака Шумера (демократ из Нью-Йорка) и Линдси Грэхам (республиканец из Южной Каролины). Их двухпартийный тандем уже более пяти лет играет основополагающую роль при обсуждении "китайского вопроса" в Конгрессе США. Они стали соавторами того несчастного законопроекта, согласно которому Китай должен был облагаться штрафом в размере 27.5% за то, что стоимость его национальной валюты именно на такой процент отстает от остальных мировых валют. Сейчас сенатор Шумер признает, что это предложение было ни чем иным, как отвлекающим маневром, чтобы заручиться поддержкой своих товарищей по Сенату. По его словам, "У нас и в мыслях не было, чтобы законопроект стал законом. Это был своего рода предупредительный выстрел". Тем не менее, он и Грэхам признают, что были шокированы, когда 67 сенаторов проголосовали за их меры". Вс.Овчинников призывает отказаться от поверхностного взгляда на хуацяо: "Хуацяо" в США - это не только прачечные и закусочные. Среди американцев китайского происхождения больше нобелевских лауреатов, чем имеет вся Япония. В Силиконовой долине китайцев так же много, как выходцев из бывшего СССР".

Вторая американо-китайская война по Дм.Минину

Российский интеллектуал Дм.Минина, анализируя кризис 1997 года, выдвинул концепцию о Второй американо-китайской войне. Минин жестко связывает два события: объединение Китая и Гонконга, которое аналитик позиционирует как главное мировое событие 1997 года, и "азиатский кризис". Он отметил: "Банковские потрясения в тихоокеанском регионе возникают вроде бы ниоткуда — как возникает в этих местах цунами — и также в никуда исчезают, оставляя выброшенными на берег многих из недавних "экономических драконов", и лишь самые посвященные их участники знают, что на самом деле они являются свидетелями первых схваток новой весьма специфической глобальной войны технотронной эры, последние раскаты которой еще далеко, а последствия и вовсе неведомы. Смысл ее во все еще, увы, неизбежном и неизбывном, несмотря на весь так называемый прогресс, стержне человеческой истории-борьбе за мировое господство. И пусть количество действующих сил в этой войне достаточно велико, и не всегда пока ясно, кто на чьей стороне, но по именам основных из них ее вполне уместно называть Второй американо-китайской. Первая американо-китайская война проходила в 1950-1953 годах в Корее. В силу этого ее обычно принято называть Корейской, хотя таковой она была в основном по географическим координатам, а не по сущностному содержанию, подлинную основу которого составляло столкновение держав, находившихся за пределами полуострова — США и КНР, а смыслом являлось стремление Вашингтона остановить в самом начале победное шествие китайской революции по Восточной Азии. Даже Советский Союз можно считать второстепенным, хотя и важным участником тех событий. Достаточно сказать, что они застали его полностью врасплох, о чем свидетельствует хотя бы отсутствие советского представителя с его правом вето при решающем голосовании по этому вопросу в СБ ООН, что значительно осложнило исходную позицию для Пхеньяна и Пекина".

Дм.Минин убежден, что "победу, по всем канонам, в Первой американо-китайской войне одержал Китай. Ничья, зафиксированная в Панмунчжоне, — только видимость, позволившая от греха подальше, сохранить лицо американцам, уже угрожавшим чуть ли не применением ядерного оружия. Нельзя забывать, что китайцы вступили в боевые действия в октябре 1950 года, когда армия США вместе с союзниками практически овладела всем полуостровом и вплотную приблизилась к корейско-китайской границе на реке Ялуцзян. Закончила же их НОАК в 1953 году на 38-й параллели, вчистую записав в свой и северокорейцев актив полстраны, что, по определяющему результаты войн критерию удержания территории, нельзя не признать несомненной победой. При этом была принесена и определенная жертва: воспользовавшись корейскими событиями, 7-й флот США практически оккупировал Тайвань, не дав возможности Пекину ворваться туда на плечах еще не готовых по-настоящему к обороне гоминьдановцев и позволив Чан Кайши серьезно укрепить свой режим, что осложнило для китайцев последующие перспективы объединения отечества". Минин точно воспроизводит контекст того времени, выделяя, что "стратегическая победа Пекина в Первой войне с Вашингтоном была бы вряд ли достижима без учета фактора Советского Союза, поскольку Белый дом вынужден был действовать с постоянной оглядкой на Кремль и его поступки в Европе, включая блокаду Берлина, частичную мобилизацию войск и т. д. Применить, например, против Китая атомное оружие, как того требовал Пентагон, ни Трумэн, ни сменивший его в 1952 году Эйзенхауэр так и не осмелились, поскольку к тому времени оно уже имелось и у Москвы, которой не обязательно даже было применять его самой — достаточно передать китайцам, тем более в отсутствие договора о нераспространении". И делает вывод: "В июле 1997 года началась Вторая (пока финансовая) американо-китайская война".

Необходимо отметить и реплику Д.Сороса о событиях 1997 года: "Важное различие, спасительное для Китая, заключалось в том, что его валюта не была конвертирована; в противном случае ее поразил бы разрушительный шар, несмотря на огромные официальные валютные резервы".

Первый этап Второй американо-китайской войны по Дм.Минину

Вот как Дм.Минин описывает последующие события: "Первый рекогносцировочный удар был нанесен на другой же день после церемонии объединения, когда началась игра на падение гонконгского доллара, а вместе с ним и фондового рынка с конечной целью превратить воссоединенные территории вместо дополнительного ресурса в обузу и постоянную головную боль для КНР. Он был отбит переброской нескольких миллиардов с материка. Однако реакцию китайцев проверили и сделали вывод, как потом оказалось, довольно поспешный, что и на последующие атаки Китай будет отвечать таким же стандартным образом, вводя все новые подразделения своих валютных резервов, пока в конце концов они не будут истощены под натиском превосходящих сил".

Минин отмечает: "Отдохнув в августе, священном месяце покоя для всех ветеранов банковских битв, предводимая Уолл-стритом коалиция осенью уже начала полномасштабную кампанию по всем правилам, врываясь попутно на флангах в Малайзию, Индонезию, Таиланд, которые в последнее время подозрительно приблизились к основному противнику, и вновь направляя главное острие на Гонконг. И тут прозвучали первые тревожные сигналы — в результате ответных невидимых вылазок качнулись европейские биржи; пошатнулось воздерживающееся от схватки, но все-таки пока еще дружественное Токио; вздрогнул, сперва, правда, не очень сильно, надежный геополитический партнер Вашингтона Сеул. Сигналы эти, однако, не подействовали, очевидно, было сочтено, что враг достиг предела своих возможностей в сопротивлении и атака продолжалась. Но вот грянул гром. Пал Сеул, совсем как в 1950 году. Вторая американо-китайская война на том же месте, что и Первая, принесла чувствительное поражение Вашингтону и промежуточную победу Китаю. США теперь трудно вести дальнейшую финансовую войну, не рискуя окончательным крахом своего стратегического союзника — Южной Кореи. К тому же из борьбы выведено, по крайней мере, 60 миллиардов "зеленых бойцов", направленных на ее поддержку. Стало ясно, что в старательно сворачиваемых Вашингтоном вокруг Китая, как и вокруг России, стратегических "кольцах Анаконды" зияет огромная дыра на Корейском полуострове, где Америка по-прежнему наиболее уязвима".

Дм.Минин описывает финансовый кризис в формате военных сводок: "С 24 октября начались сообщения о резких падениях почти всех фондовых рынков мира, последовавших за обвалом фондового рынка Гонконга. Кризис начался с падения Гонконгского доллара и распространился на всю Юго-Восточную Азию, еще не окрепшую после летнего кризиса в этом регионе, не мало важно отметить , что во время летнего кризиса Гонконгская валюта не упала в своем курсе единственная из всего этого региона, дальше кризис распространился в Европу и Америку. Смена политического статуса Гонконга, его присоединение к Китаю сыграла не маловажную роль в усугублении атак международных спекулянтов на Гонконгский доллар. Осенью прошлого года группа фондов Джорджа Сороса мобилизовала ресурсы на атаку, Дональд Цан, глава финансового ведомства Гонконга вызвал к себе представителей Сороса и ознакомил их с планами защиты своей национальной валюты. На что представители Сороса дали обещание не нападать на гонконгский доллар, но все же нападения эти состоялись, и кризис затронул не только Гонконг, но и весь мир".

Американский взгляд на Китай

Дм.Минин выделяет существенное: "Полагать, что между Китаем и США за это время установилась полная комплиментарность и мир находится на пороге возникновения новой биполярной системы, как порой можно услышать, — это значит не ведать и не чувствовать того мессианского накала, которым пронизана вся современная внешнеполитическая философия и практика Америки. Никто из тех, кто имеет хоть какое-то отношение к выработке ее политики, даже представить себе не может, что она согласится с появлением нового, равного себе геополитического конкурента. Цивилизационный поход С.Хантингтона, гласящий в том числе, что западная и конфуцианская цивилизация в ближайшей перспективе будут являться основными противниками, как аксиоматическая идиологема лежит на сегодняшний день, по существу, в основе всех практических построений американских стратегов, при всех возможных вариациях. Чтобы это понять, достаточно взглянуть на волну "синологической" литературы, явно вытесняющей в последнее время "советологическую" на американских книжных прилавках. Одна из наиболее характерных книг на эту тему Ричарда Бернстайна и Росса Мунро, например, так и называется "Грядущий конфликт с Китаем". Даже Бжезинский, который, видимо, не успокоится до тех пор, пока и имени русского не останется, предлагает делить с Китаем не весь мир, а лишь то, что и так будет неизбежно находиться под его влиянием в ЮВА, да плюс еще Россию, опасаясь, наверно, что при негативной позиции Пекина самостоятельно Западу этого не добиться. От других стратегов он отличается в основном только тем, что ради скорейшего достижения своей мечты, возможно, еще при жизни, готов отдать китайцам большой куш, чем они, не без оснований опасающиеся, что таким образом может быть утрачена из виду и подорвана более важная цель — обеспечение глобального лидерства США в мире. Максимум на что все американские стратеги, однако, готовы пойти по отношению к роли самого Китая — это отвести ему достаточно удобную, но периферийную нишу в новом мировом порядке, связав его, правда, при этом тысячами невидимых нитей, которые бы гарантировали контролируемость и управляемость азиатского гиганта". И с этим необходимо согласиться.

Д.Верфриц, анализируя реальность начала ХХI века в рамках "американского взгляда" на Китай, подтверждает тезисы Дм.Минина: "Экономике, которая, несмотря на всю свою мощь, все еще находится на стадии развития, совсем непросто поглощать 17 миллиардов долларов США в месяц без дестабилизирующих последствий...И любое решение породит новые проблемы: Китай попробовал командную экономику, просто приказывая банкам выдавать меньше кредитов, или публично осуждая региональных чиновников, тратящих слишком много денег, однако это подрывает его усилия по реформе банковского сектора при помощи рынка. Он пытался повышать процентные ставки, что может сдерживать рост, однако также привлекает больше долларов - от инвесторов, ищущих прибыли, а не от покупателей импорта - и ослабляет внутренний спрос. "Они в ловушке, - говорит экономист из Стэнфордского университета Рональд Маккиннон (Ronald McKinnon) о росте экспорта и недооцененной валюте Китая.  И из данной ситуации нет легкого выхода". А Ст.Роуч предполагает: "Современные китаененавистники, похоже, ориентируются на стратегический план действий 10-летней давности, тот самый, который вынудил Японию провести ревальвацию валюты и поверг ее экономику в хаос. Как и в случае с, так называемым, "иеновым шоком" в конце 80-х, укрепление юаня сегодня воспринимается национальными и международными инвесторами, как данность. Спорными остаются только вопросы времени..."

"Ловушка для китайского дракона" или "японский путь" для Китая

Стивен Роуч отмечает, что между развитием ситуации на фондовых рынках Японии в конце 80-х годов прошлого века и нынешнего Китая "обнаруживается пугающее сходство. И в том и в другом случае, одностороннее движение валюты превратило акции в наиболее привлекательный актив для инвесторов, гоняющихся за "легкими и быстрыми деньгами". Неужели можно назвать совпадением то, что китайские акции класса А начали расти буквально через несколько месяцев после того, как Китай отказался от режима жесткой валютной привязки (это было в июле 2005 года)? Или возникновение спекулятивного пузыря в Японии в конце 80-х на фоне соглашения "Плаза", которое привело к падению кросса иена/доллар с 254 в начале 1985 года до 145 в начале 1990-го, тоже совпадение? Учитывая отсутствие альтернативных активов во все еще недоразвитой финансовой системе Китая, можно предположить, что здесь финансовые последствия пузыря будут еще жестче, чем в Японии".

Д.Верфриц подтверждает выявленную тенденцию: "США уже 25 лет проявляют беспокойство по поводу растущего торгового дефицита и той угрозы, которую он представляет для финансового превосходства Америки. Однако теперь Китай также относится к росту своих резервов с растущей озабоченностью. Его долларовые запасы отражают огромный спрос на китайские товары и на китайскую валюту, необходимую для покупки этих товаров. В середине 2005 года китайские чиновники под большим давлением позволили немного укрепить юань, всего на 2%, однако они опасаются - и на это есть некоторые основания - что дальнейшее укрепление национальной валюты пойдет во вред конкурентоспособности в сфере экспорта и приведет к многочисленным банкротствам. Биржевые торговцы, однако, утверждают, что у Китая нет иного выхода".

Война за всю мировую нефть – второй этап Второй американо-китайской войны

Фраза из книги М.Коллон "Нефть, PR, война" "Кто хочет управлять миром, должен контролировать нефть. Всю нефть. Где бы она не была" является ключевой фразой для понимания происходящего в мире в начале ХХI века. Данная фраза, безусловно, грубое упрощение реальности. Но в то же время в ней есть ключ к пониманию динамично изменяющегося мира.

Вся история мировой нефти в ХХ веке – это непрекращающаяся борьба между добытчиками и потребителями нефти. Высокая цена на нефть, доходящая до 100 долларов за баррель, продемонстрировала всему миру слабость ОПЕК и неспособность данной организации влиять на цену нефти. Цена на нефть формируется не в нефтедобывающих странах. А это значит, что контроль над всей нефтью вновь заполучили потребители нефти. И в число основных потребителей нефти стремительно входит Китай. "КНР стала вторым крупнейшим ее потребителем в мире после США, оттеснив Японию на третье место. В 2006 году в КНР добыто 183 миллиона и ввезено 130 миллионов тонн "черного золота". Однако возможности наращивать добычу невелики. До 2020 года ее уровень не удастся поднять выше 200 миллионов тонн. Спрос же на нефть в 2010 году достигнет 380, а в 2020-м - 450 миллионов тонн. Стало быть, в обозримом будущем Поднебесной предстоит ежегодно импортировать по 180-250 миллионов тонн нефти" (Вс.Овчинников).

Р.Саидов выделяет формат высокой цены на нефть, как формат агрессивного воздействия США на Китай: "При администрации Буша США пытались сдержать экономический рост Китая путем непрерывного роста цен на нефть. Сейчас нефть стоит 100 долларов за баррель, через год, судя по фьючерсам, может стоить 200 долларов. Но экономический рост Китая продолжается и, судя по всему, ценовая гонка его уже не остановит. Во всяком случае, все больше экспертов в США и Европе приходят именно к такому выводу". В известной книге Н.Гродненского "Четвертая мировая" достаточно подробно изложена стратегия войны за всю мировую нефть. Нет необходимости повторять общеизвестное. Сегодня важно понять, каков итог Второй американо-китайской войны? Итог крайне неутешителен для США.

Экономика Китая стабильно растет и при высоких ценах на нефть. Китайский экспорт глобален. Создана международная организация ШОС, которая может стать реальной силой уже к середине следующего десятилетия. Китайская инвестиционная компания China Investment Corp не только располагает значительными в мировом масштабе финансовыми ресурсами ($600 миллиардов), но и приступает к размещению крупных сумм на зарубежных рынках. На зарубежные инвестиции выделено около 200 миллиардов долларов. Необходимо отметить и прочность позиций Китая. На конец 2007 года Китай обладает самыми большими в мире золотовалютными резервами в размере $1,46 трлн. Каков будет ассиметричный ответ США?

США живет в начале ХХI века в постоянном ожидании рецессии. А преодоление американской экономикой кризисных явлений осуществляется по вполне определенному алгоритму. Российский экономист С.Егишянц, анализируя исторические особенности выживания США в ходе Великой депрессии, отметил, что "меры администрации Рузвельта, сработавшие на крайне низком уровне состояния экономики, помогли стране хотя бы выжить - а реальный рост обеспечила II мировая война". Следуя собственным традициям, за военной экспансией в Афганистан последовала агрессия против Ирака. Если США не предпримут активных военных действий против Ирана, значит, будет предпринято нечто иное. Весь мир в ожидании.

Третья американо-китайская война и Третья мировая война

Считать, что Третья американо-китайская война будет исключительно финансовой – это ошибка. Третья американо-китайская война – это Третья мировая война. И эта война состоится "при любой погоде", даже если ее никто не будет провоцировать. И финансовая составляющая грядущей войны, безусловно, будет ключевым фактором столкновения двух ведущих сверхдержав начала ХХI века.

Дм,Минин считает, что "Окопы и блиндажи теперешних боев расположены не там, где прежде, а в брокерских конторах и на биржах по всему миру, генштаб же, видимо, — на Уолл-стрите. А в том, что они ведутся в полном масштабе, уже нет никаких сомнений, иначе никакими циклическими кризисами события 1997 года на финансовых рынках не объяснить. Всякая война, как известно, имеет свою цель, есть она и у нынешней — навязывание незападному миру, и прежде всего его естественному авангарду — Китаю — такой парадигмы развития, которая бы гарантировала примат западной цивилизации на самую отдаленную перспективу".

Российские экономисты констатируют формат претензий: "Экономика КНР растет, а финансовые риски китайское правительство перекладывает со своих плеч на плечи мировой финансовой системы. Наиболее пострадавшими от креативной валютной политики Пекина считают себя США" (А.Зайко, А.Бирман). Д.Верфриц в "Ньюсуик" констатирует формат столкновения: "Соединенные Штаты импортируют из Китая огромное количество товаров, и одновременно занимают огромные суммы, чтобы оплатить эти покупки, что ослабляет доллар и грозит столкновением двух экономических сверхдержав. Вашингтонские политики требуют, чтобы Пекин поднял стоимость юаня по отношению к доллару, а китайские чиновники намекнули, что если на них будут давить слишком сильно, то они могут вывести свои триллионные запасы из американских казначейских обязательств, что может вызвать спад в США и во всем мире. Главным фактором, сдерживающим эту конфронтацию, является то, что обе страны могут потерять очень много".

В комментариях экономистов можно найти осмысление различных аспектов противостояния США и Китая, в том числе, и в рамках выдвигаемых претензий: "Американское правительство часто обвиняет Китай в чрезмерной зависимости от экспорта. Но Дэвид Карбон из сингапурского банка DBS считает, что Штаты пытаются переложить проблемы с больной головы на здоровую и всецело поглощены поиском виноватых и охотой на ведьм. В 2007 году по данным на сентябрь чистый экспорт обусловил 30% роста ВВП в США. Кажется пришло время сломать стереотипы: внутренний спрос в Китае является гораздо более мощным катализатором экономического роста, чем в США" ("Форекс ньюс"). Необходимо отметить, что и в аспекте финансов Китай в состоянии нанести ответный эффективный удар. О китайской финансовой экспансии – выпуске ценных бумаг, номинированных в юанях, - неоднократно заявлял российский экономист М.Хазин. И нет никаких гарантий, что именно этого не будет происходить на мировом валютно-финансовой рынке в ближайшее время.

Нефтяное снабжение Китая и контуры реальной войны

Известный российский интеллектуал А.Нагорный считает, что "у американских властей под рукой есть идеология "неоконов" – в лице Вульфовица, бывшего замминистра обороны и нынешнего главы Всемирного банка, и Майкла Лидина, директора "Америкэн Энетерпрайз Инститьют". "Неоконы" формируют параллельный центр принятия решений в США. Что означает разжигание войны на Ближнем Востоке? Попытку прервать нефтяное снабжение Китая". Р.Саидов рассуждает о столкновении Китая с радикальным исламом в Азии. Он предполагает, что "чисто теоретически это можно сделать лишь одним способом - если провозгласить Эмират и начать Джихад в Ферганской долине, откуда возможно как давление в направлении Кашгара, так и рейды против нефтепровода, связывающего запад Казахстана с Восточным Туркестаном (Синьцзяном). Кроме того, Джихад в Фергане сделает практически невозможным газопровод из Туркмении в Синьцзян через Узбекистан и Казахстан". Саидов отмечает простоту нарушения поставок нефти в Китай из Центральной Азии: "Даже если Джихад и удастся, перекинуться через укрепленную китайскую границу в горах ему будет нелегко. Чего, кстати, нельзя сказать о его возможном распространении в северном направлении, где никаких реальных границ нет. Нарушение поставок нефти и газа в Китай из Центральной Азии - менее сложная задача".

Необходимо обратить внимание на то, что Саидов не рассматривает высоковероятные ответные действия Китая, изложенные в работе "Казахстан начала ХХI века как Польша перед 1939 годом". Раздел Казахстана между Россией и Китаем – это взаимовыгодный проект и для России и для Китая. Причем в России возвращение "исконно русских земель" будет воспринято "на УРА", а Китай получит необходимый выход к каспийской нефти.

Аналитики традиционно анализируют проблему поставок нефти в Китай в статике, не предполагая, что она гарантированно перейдет в динамику. Естественное стремление Китая к самозащите отметил Л.Ларуш: "Недавние инциденты с участием Китая – высвечивание на орбите спутника США, а затем сбивание собственного спутника оружием с лазерной наводкой – высветили происходящее. Китай на строительство своих лазерных оборонительных систем тратит гораздо больше средств, чем США на аналогичные устройства в восьмидесятые годы. Причина этого кроется в правлении Буша, стремящегося к глобализации: Китай хочет оградить себя от создаваемой Бушем возможности размещения на орбите смертоносных спутников, готовых пролить смертоносный дождь в любой точке планеты".

Признаки подготовки к грядущей войне

 Многое говорит о том, что Китай готовится к "горячей фазе" войны. Это проявляется и в закупке вооружений, и в риторике руководителей Китая. Более того, в ближайшее время Китай гарантированно вернет себе Тайвань, по "гонконгскому сценарию". Мирно, но при поддержке своих вооруженных сил. Высока вероятность начала реального объединения Кореи. А это – очевидные признаки геополитического поражения США.  

Важно отметить, что усилия США в последние годы сконцентрированы на двух направлениях. Это нефтедобывающие страны Ближнего Востока и Европа. Необходимо признать, что США добились почти абсолютного контроля над политической сферой Европы. Разгром "голлистов" и избрание президентом Саркози во Франции завершили процесс подготовки Европы к дальнейшей элитарной трансформации. Новая Европа начала ХХI века должна поддерживать США во всех аспектах ее международной деятельности, в том числе, и в военном. 

Россия в рамках глобального американо-китайского конфликта.

В России 10 декабря 2007 года состоялась бескровная "оранжевая революция", и власть из рук "силовиков", в лице Путина, перешла в руки "либералов", в лице Медведева. В сети Интернет можно найти массу публикаций, в которых достаточно убедительно говорится о том, что Россия будет воевать в ходе Третьей мировой войны на стороне США против Китая. "В глобальной конфронтации Америки и Китая Россия во главе с Дмитрием Медведевым встанет на сторону США" (Форум.мск). Из этого следует, что "избыточному" населению России предстоит в очередной раз стать "пушечным мясом". И это в значительной степени предопределено безвольным следованием граждан России за своими "слепыми поводырями". А может быть, "поводыри" не такие уж и "слепые"?   

Р.Саидов уверен, что антикитайский вектор во внешней политике России – это исторически сложившаяся тенденция: "Достаточно вспомнить судьбу несостоявшегося проекта Михаила Ходорковского о строительстве нефтепровода Ангарск-Дацин. Далеко не ясно, что больше повлияло на незавидную судьбу олигарха: его желание создать парламентскую республику в России или этот проект...Так или иначе, взамен был начат гигантский проект "Восточная Сибирь - Тихий океан" с ответвлением на Дацин, не обеспеченный в достаточной степени сырьевой базой и весьма сомнительный в смысле реализуемости в заявленные сроки". При этом Саидов подчеркивает экономическую невыгодность сотрудничества России с Китаем, убеждая всех в "том, что Китай хочет покупать газ (и в Туркмении, и в России) но лишь по цене в 2.5 раза меньше, чем Европа и в 1.5 раза меньше, чем Украина".

Контуры будущего

Экономист М.Делягин предполагает, что началом кризиса могут стать и вполне естественные события: "Успешная политика Китая, который со всего мира наворует и сам придумает передовые энергосберегающие технологии. Китай построит новую индустрию, которая производит много, а энергии требует мало. И тем самым столкнет весь мир в новую реальность. Он задействует и новые источники энергии. И от него все это пойдет распространяться в Юго-Восточную Азию, сильно зависимую от Китая, а потом и дальше. Наверное, сей процесс и вызовет качественный переход, который мы называем кризисом".

М.Хазин акцентирует внимание на формате самозащиты ряда стран от США и Китая: "Наибольший интерес вызывали две самые крупные экономики, которые явно в перечисленные зоны никак не вписываются. Это Индия и Бразилия. И вот, совсем недавно прошло сообщение, что ЮАР, Индия и Бразилия решили создать совместную зону свободной торговли, которая охватит территорию с населением в 1,3 млрд человек...Целью создания зоны свободной торговли является стремление стран увеличить общий товарооборот (Индия – Бразилия – ЮАР) более чем вдвое – с 4,6 млрд долл. в прошлом году до 10 млрд долл. к 2007 году (доллар здесь выступает как раз в форме единой меры стоимости, то есть просто шкалы расчетов). Кроме того, страны стремятся в перспективе избавить некоторые отрасли национальных экономик от зависимости от США и Китая".

Экспорт новой Великой депрессии

Экономист А.Николаев, анализируя последствия ипотечного кризиса 2007 года, выделил, казалось бы, малозначительное событие: "Особенно горестной оказалась судьба норвежских бюджетников из маленького городка Хемнеса, которые по совету американского Ситибанка вложили свободные муниципальные средства в ипотечные облигации. В результате — 31 миллион долларов убытка на 4,5 тысячи городского населения (чуть меньше, чем по 7 тысяч долларов на душу)". Но в данном событии как в капле воды сконцентрирована технология экспорта негативных последствий грядущей Первой глобальной Великой депрессии. Стивен Роуч выделяет аспект экспорта кризиса в страны Персидского залива: "Производители нефти в Персидском заливе не только выставляют счета за добываемое сырье (нефть) в долларах, но и, в большинстве своем, привязывают к нему свои национальные валюты. В результате, их валютные резервы переполняются. В условиях растущих цен на нефть, чем больше США полагается на внешних кредиторов, которые финансируют ее недостаток сбережений, тем активнее страны Персидского залива заполняют образовавшиеся пустоты, увеличивая тем самым риск избыточной концентрации долларов. Подобный исход никак не радует лиц, ответственных за размещение активов на Ближнем Востоке. Больше всего регион обеспокоен ослаблением доллара, принимающим уже хронический характер - еще одно неизбежное следствие долгих и мучительных корректировок дефицита текущего счета в США. Чем дольше Штаты подавляют внутренние сбережения, тем выше риск, что Персидский залив столкнется с проблемами".

Л.Черной, в работе, посвященной трансформации мировой экономики в ХХ веке, выделил аспект "переброски кризиса": "До Первой мировой войны различия в саморегулируемости более и менее модернизированных экономик были минимальны. Все основные валюты конвертировались. Денежные системы базировались на системе золотого стандарта (свободный обмен банкнот на золото и иногда еще серебро). Существовала система практически свободного движения капитала. Вывозимый капитал, как правило, имел товарное или золотое обеспечение. Но это сопрягалось с высокой степенью автономности национальных фондовых рынков. Акции, как правило, котировались на одной фондовой бирже, - например, Парижской, Лондонской или Нью-Йоркской, что ограничивало возможности переброски кризиса с одного национального рынка на другой". Назначение главой ФРС Бена Бернанке, специалиста по Великой депрессии,  породило массу предположений о его исторической миссии. Одно из предположений – Бен Бернанке должен осуществить экспорт негативных последствий  Первой глобальной Великой депрессии из США в Китай.

Дата новой войны

Суммируя вышеизложенное, можно считать, что Первая американо-китайская война проходила в 1950-1953 годах в Корее, Вторая американо-китайская война началась со дня объединения Китая и Гонконга, была ознаменована "азиатским кризисом" 1997 года, искусственным подъемом цен на нефть и завершилась в начале 2008 года датой доведения цены барреля нефти до 100 долларов. Третья американо-китайская война, скорее всего, разразится после Олимпиады–2008 в Пекине. Российский экономист М.Делягин считает, что датой начала кризиса может стать "конец августа, когда по завершении Олимпиады китайские власти более не будут нуждаться в сохранении стабильности любой ценой". А начало кризиса и послужит прологом к Третьей американо-китайской войне.  

Кто победит?

В России многие эксперты уверены в победе США. Но есть интеллектуалы с противоположными воззрениями. Л.Пайдиев предрекает победу Китаю: "Вялый проинфляционный сценарий работает на Китай. Всё крепче становится его экономика и его армия. И Уолл-стриту придётся приглашать эту страну за стол переговоров по разделу власти над мировыми финансами. Фактор усиления Китая заставляет Уолл-стрит спешить. А если ситуация выйдет из под контроля стихийно, то победа Китая очевидна. Трудности со сбытом своего ширпотреба в США легко компенсируются тем, что Китай станет финансово-расчётным центром мира". А.Нагорный также не видит особых проблем у Китая: "Описанный в докладе Даллесовского центра сценарий мирового экономического спада с подрывом статуса доллара вряд ли коснется "красного дракона", уже заявившего о готовности переориентировать свои товарные потоки на внутренний рынок. Полтора миллиарда китайцев вполне способны купить всё то, что сегодня идет на экспорт, обеспечивая потребление 300 миллионов янки. А вот что будет при этом делать Америка и весь остальной мир, пока не вполне ясно".

Эксперты, убежденные в победе США – это российские либералы. Их позиция общеизвестна. Но в сети Интернет все чаще и чаще можно столкнуться с позицией, утверждающей, что "страны, вроде Китая и Индии, уже находятся в состоянии, дающим системный иммунитет от надвигающегося кризиса" (И.Иванов). Можно занять отстраненную позицию и считать, что "победителей в Третьей мировой войне не будет". Но эта позиция не предполагает комплекса мер по защите собственных граждан от последствий Первой глобальной Великой депрессии. Именно поэтому, чем благостнее "телевизионная картинка" рисует мир для граждан России, тем убежденней становятся граждане в неизбежности грядущих бедствий и больших потрясений.

По теме "Первая глобальная Великая депрессия":

Спекулятивный капитал, деривативы, хедж-фонды и Первая глобальная Великая депрессия  (http://www.polit.nnov.ru/2007/11/26/greathedged/)

Финансовое цунами и Первая глобальная Великая депрессия  (http://www.polit.nnov.ru/2007/11/20/fintsunamy/)

Третья мировая война или Первая глобальная Великая депрессия  (http://www.polit.nnov.ru/2007/11/06/crisiswar/)

Новая Великая депрессия  ХХI века в высказываниях современников. (http://www.polit.nnov.ru/2007/10/30/newcrisisworld/)

Символ "Великая депрессия" и неизбежность "кастового самоубийства" финансистов в ХХI веке. (http://www.polit.nnov.ru/2007/10/23/symbolgreatdep/) (Символы и знаки ХХI века - часть 14)

Нефть как индикатор Первой глобальной Великой депрессии ХХI века (http://www.polit.nnov.ru/2008/01/09/naftaindicator/)

"Динар залива", золото, энерговалюта и вектора в мультивалютное будущее после Первой глобальной Великой депрессии ХХI века (http://www.polit.nnov.ru/2008/01/15/multigcconsens/)

По теме "Россия и её окружение в начале ХХI века":

Казахстан начала ХХI века как Польша перед 1939 годом (http://www.polit.nnov.ru/2007/01/30/kazahstan/)

Распадется ли Украина до 2015 гола? (http://www.polit.nnov.ru/2007/04/03/ukrdisintegr/)

О неизбежности и этапах распада Грузии (http://www.polit.nnov.ru/2006/07/26/georgia/).

"Оранжевая революция" 10 декабря 2007 года – важнейшее событие в новейшей истории России начала  ХХI века  (http://www.polit.nnov.ru/2008/01/05/orangerev07/)

© 2003-2020, Независимое Аналитическое Обозрение
При любом использовании информации ссылка на polit.nnov.ru обязательна