Независимое аналитическое обозрение

    БЛИЦ-ОПРОС

Чем, на ваш взгляд, увенчается политика санкций Запада в отношении России?

Результаты опросов
Долгосрочная аренда офиса в Адмиралтейском районе.
Нижний Новгород Online - Нижегородский городской сайт
nnov.ru - доменная зона Нижнего Новгорода
© 2003-2019, Martovsky
Главная > Аналитика

31.03.2008 Россия начала ХХI века в преддверии мирового валютно-финансового кризиса

Автор: Маслов Олег Юрьевич

"Российская Федерация на сегодня
не является субъектом мировой
политики. Она - объект, игрушка в чужих руках"
М.Хазин)

"Понять вызревающие угрозы надо не для
того, чтобы встроиться в "золотой миллиард"
и попасть в состав метрополии
предполагаемой будущей мировой системы.
Мы от болезней Запада погибнем наверняка,
как индейцы от кори. Нам необходимо
проанализировать шансы, которые дает
хаос кризиса, поскольку спастись сможет
только тот, кто проработает возможные с
ценарии реализации угроз и альтернативы
быстрых и адаптивных ответов"
(С.Батчиков)

Первый вице-премьер правительства РФ А.Кудрин 30 января 2008 года выразил уверенность, что независимо от ситуации на международных рынках у России есть все шансы остаться "островком стабильности". Аргументы А.Кудрина просты: "Российские финансовые рынки реагируют на события мировых рынков, но при этом находятся в более выгодной позиции. Долги наших компаний и банков сравнительно низки. Это, в совокупности с поддержкой в виде мировых цен на нефть, обусловливает сравнительно невысокий уровень зависимости России от глобальных финансовых потрясений". Но необходимо вспомнить и то, что заявил Алексей Кудрин на встрече со студентами Высшей школы экономики 16 мая 2007 года: "Процессы в финансовой и банковской сфере России очень похожи на преддверие азиатского кризиса 1997–1998 годов, когда сокращение притока капиталов привело к резкой девальвации национальных валют". Так, когда именно Кудрин говорил правду?

Необходимо отметить, что концептуальный формат "островок стабильности" стал не только ключевым российским месседжем на всемирном экономическом форуме в Давосе 2008 года, но и вызвал оживленное обсуждение в российском экспертном сообществе.   

Россия – "островок стабильности"?

Экономист Михаил Делягин считает, что экономического кризиса в России в ближайшее время не предвидится. Об этом он заявил на пресс-конференции в РИА "Новости" 24 января 2008 года: "Начался интенсивный приток иностранных капиталов в Россию, — заявил экономист. — Если в III квартале 2007 года капиталы уходили из России (с июня 2007 чистый отток составлял 7,6 млрд. долларов) то в IV квартале чистый приток увеличился до 23,5 млрд. долларов". Делягин полностью поддержал А.Кудрина в оценке нового статуса нашей страны в преддверие мирового кризиса: "Россия начинает становится относительно безопасной страной, гаванью для капиталов всего мира".

"Я не разделяю идеи насчет острова стабильности. Остров мировой экономики один – это Куба. Все остальное – это часть единой экономической суши и если там дует, то продувает всех", - заявил известный российский экономист А.Лившиц. Аналогичной точки зрения придерживается и А.Чубайс. "Россия стоит на пороге финансового кризиса, который может поставить власть перед выбором – увеличить бюджетные расходы на поддержку экономики или ужесточить либеральную финансовую политику", - заявил Чубайс в интервью журналу The New Times (11.02.2008). Прогноз Чубайса – начало кризиса через два-три года. Экономист А.Нечаев прогнозирует:  "Полагаю, Чубайс проявил некоторый оптимизм относительно того, когда мы выйдем на отрицательное сальдо торгового баланса. Я думаю, это произойдет уже в следующем году, потому что в истекшем году сальдо уже стало сокращаться впервые за много лет". А каковы ожидания граждан?

Каждый год "Левада–центр" проводит опросы, позволяющие выявить "уровень тревожности" у граждан России. Опрос 2007 года показал, что 52% россиян не исключают вероятность повторения кризиса, аналогичного дефолту 1998 года  в ближайшее время. Необходимо отметить, что за последние годы число охваченных предчувствием беды соотечественников практически не снижается. Экономисты и финансисты в последнее время тоже все чаще артикулируют свои опасения, несмотря на благоприятную для России мировую конъюнктуру. А.Каледина и Ф.Чайка отмечают следующее: "Когда банкир Смоленский, оставивший в 1998 году сотни тысяч людей без сбережений, спокойно живет в Австрии и покупает сыну в подарок автозавод TVR, сложно убедить наших граждан, что им ничего не грозит. Психологи говорят, что наше поколение так и не научится верить в то, что кризиса не будет".

С.Митрофанов фокусирует внимание на субъективности оценок перспектив мирового кризиса: "Решая вопрос о том, пострадает ли Россия от мирового кризиса, российские СМИ откатились на предыдущие позиции: а мировой ли это кризис? На самом деле это в большей степени идеологический вопрос, чем практический. Очень многие философы, типа Александра Зиновьева и Линдона Ларуша, считают, что да, мировой, он начался давно, произошел благодаря политике МВФ, Всемирного банка и общей порочности капитализма. В пользу их теории свидетельствуют обвалы финансовых рынков в 1998 году, массовые демонстрации против МВФ в сердце империализма - в Вашингтоне...По той же теории Россия будет поглощена обвалом, потому что она начала строить капитализм как раз в тот исторический момент, когда капитализму приходит исторический каюк". Действительно, Л.Ларуш считает, что "Россия оказалась втянутой в новую фазу всемирной валютно-финансовой разрухи". Ларуш убежден, что "любая разумная политика должна обеспечивать защиту кредитоспособности наций-государств от втягивания в трясину, в которой неизбежно будет похоронена нынешняя система". Существует ли подобная политика в России?

Не стоит беспокоиться?

"Теория "независимости рынков", согласно которой развивающиеся экономики не будут затронуты возможным кризисом в США, обвалилась вместе с рынком", - заметил в январе 2008 года аналитик Дж.Лилис. Но в России многие убеждены в том, что не стоит беспокоиться. Приведем типичные заголовки российских СМИ.

"Российские банки легко перенесут мировой кризис" (АЛЬЯНС МЕДИА). "Мировой кризис-2008: все рухнет, кроме России" – передовица газеты "Финансовые известия". Оптимизм заголовка несколько не соответствует контексту статьи: "Датский Saxo Bank приготовил под Рождество совсем не рождественскую сказку: нефть в будущем году подорожает до $175, китайский рынок обвалится на 40%, а американский - на 25%. Все это будет последствием замедления американской экономики из-за ипотечного кризиса, считают банкиры. Мир в страхе, но для России дорогая нефть - это благо. Хотя если мировой кризис все же разразится, нам тоже мало не покажется". Но неиссякаемый оптимизм типичен для российских СМИ в целом. 

Оптимистичные заявления по поводу вероятных последствий кризиса ликвидности в России были высказаны 16 октября 2007 участниками очередного заседания Клуба деловой журналистики РСПП. Ясин концептуально оформил позицию российских властей в аспекте грядущего мирового кризиса: "Не надо устраивать паники по любому поводу". "Никакого кредитного кризиса, никакого банковского обвала не будет. Если, конечно, его не создадут искусственно", - убежден директор Института Европы РАН Николай Шмелев. "Оптимистический сценарий: мировой кризис - могильщик капитализма, но, поскольку капитализм в России не получается, для России он пройдет стороной. Что не отрицают и либералы" (С.Митрофанов).

"Из всех затронутых мировым финансовым кризисом стран Россия имеет едва ли не наилучшие шансы противостоять ураганам виртуального мира поскольку ее экономика опирается на потенциально один из самых прочных фундаментов. Российская экономика опирается на несравненный природный и человеческий капитал, цена которого не подвержена перепадам в зависимости от того, сколько раз чихнул президент. Россия самодостаточна по энергии, металлам, и вполне может кормить себя. Россия уже сейчас является экономической сверхдержавой", - считает Д.Михеев. "Говорить о резком падении цены на нефть, курса национальной валюты, дефолте, на мой взгляд, можно как об исключительно маловероятном сценарии. По крайней мере, у государства достаточно возможностей этого избежать, было бы желание. Да и дефолт 1998 года, как мы знаем, оказался палкой о двух концах, потому что падение рубля привело к восстановлению конкурентоспособности российских товаропроизводителей. Так что, даже если цены на нефть рухнут, экономика России это переживет. И не такое видели", - утверждает Вл.Корочкин, вице–президент "Опоры России".  

А.Каледина и Ф.Чайка позиционируют мировой кризис в формате своеобразного "бумажного тигра": "Еще одна "страшилка" - мировой кризис перекинется на нашу страну. На самом деле он может нам грозить лишь тем, что сократятся иностранные инвестиции и снизится цена акций российских компаний (это уже происходит). Нашим компаниям сложнее будет занимать деньги за границей, так что рост экономики может снизиться. Значит, будут медленнее расти зарплаты. Из-за мирового кризиса может упасть спрос на наши товары, так что экспортеры пострадают. Это, собственно, всё". Они верят во всемогущество Стабфонда и золотовалютных резервов: "Россия - часть мировой системы, и никуда мы от нее не денемся. И в этих условиях нет причин впадать в панику, надо просто четко определить стратегию своего поведения в условиях мирового кризиса. Нас защитят огромные золотовалютные резервы и миллиарды Стабфонда, которыми надо лишь разумно распорядиться".

Необходимо отметить и то, что взгляды большинства российских экономистов отличаются "волатильностью". "России не удастся остаться "тихой гаванью" на фоне бушующего на Западе финансового кризиса, экономике страны грозит ряд серьезных опасностей", - скорректировал свою позицию М.Делягин ("Независимая газета" 25.03.2008). "В ближайшие годы мы прекратим купаться в деньгах и будем вынуждены столкнуться с реальностью, так же, как это было во время дефолта", – заявил научный руководитель Высшей школы экономики Евгений Ясин. Герман Греф на X Международном экономическом форуме в Санкт-Петербурге заявил, что Россия - часть мировой финансовой системы "и те или иные решения монетарных властей других стран будут так или иначе сказываться на нашей экономике".

Известный российский экономист С.Глазьев убежден, что мировой кризис будет для нашей страны жестоким испытанием и "сумма потерь будет несоизмерима с теми, которые Россия понесла во время дефолта 1998 года. Пострадают крупные компании, которые торгуют за доллары и имеют долларовые долгосрочные контракты". Глазьев считает: "Мы потеряем все, что накопили за 10 лет". Аналогичной точки зрения придерживается и Е.Гайдар.

Алармизм Гайдара

"Если правительство не изменит финансовую политику после начала мирового спада, то последствия для России могут быть катастрофическими", – заявил Егор Гайдар на заседании ученого совета возглавляемого им Института экономики переходного периода (ИЭПП) 22 января 2008 года. По словам Гайдара, новый президент, вероятно, захочет предотвратить неизбежный спад и девальвацию рубля путем увеличения госрасходов в 2008–2010 годах. А такая политика наверняка приведет Россию к масштабному кризису. Необходимо отметить, что замглавы Минфина Сергей Шаталов не опроверг алармистские тезисы Гайдара: "На мой взгляд, Егор Гайдар не преувеличивает опасность замедления мировой экономики и связанные с этим новые риски для России". По его словам, изменение мировой конъюнктуры потребует от правительства конкретных действий и, возможно, изменения денежно-кредитной политики.

"Ни в одной правительственной программе нет даже упоминаний мировых экономических циклов, и власти, похоже, еще не осознали, что период благоприятной внешнеэкономической конъюнктуры остался позади", – считает Гайдар. "Надежды на то, что Россия на фоне американского кризиса станет тихой гаванью для иностранного капитала, никак не подтверждаются всей историей мировых кризисов, при которых инвесторы выводили деньги с развивающихся рынков и размещали их в американские казначейские бумаги", – предупреждает Гайдар. Мировой опыт показывает, что традиционной группой риска являются страны с переходной экономикой, к каковым относится и Россия. В таких странах "задраить люк" и локализовать кризис в одном из "отсеков" экономики бывает очень сложно. Например, возникновение обширного банковского кризиса неминуемо влечет обрушение фондового рынка и обвал национальной валюты, становится причиной спада производства, и в итоге может привести к социально–политическим потрясениям. Между тем, как образно выразился Егор Гайдар, у российского Правительства нет "плана боевого применения вооруженных сил в экономическом смысле» на случай наступления экономического "22 июня 1941 года".

Так кому верить – алармистам или оптимистам? Для того чтобы ответить на данный вопрос необходимо всесторонне изучить готовность России к грядущему мировому кризису.

Основные причины грядущего кризиса в России

В российском экспертном сообществе обсуждаются несколько причин, способных вызвать кризис в России. Одна из причин – "исчезновение" Стабфонда и золотовалютных запасов России в первые месяцы мирового финансового кризиса. Другая ключевая причина – кризис ликвидности и массовое банкротство российских банков. В качестве причины возможного кризиса называются самые разные факторы:

- массовое бегство иностранных капиталов в условиях мирового кризиса;

- возможность массовых дефолтов российских корпораций и банков по внешним долгам;

- кратное снижение экспортных поступлений за счет обвала цен и/или резкого снижения спроса на нефть и прочее сырье;

- массовый невозврат потребительских и ипотечных кредитов;

- паническое изъятие населением банковских вкладов и другие процессы, способные привести к кризису банковской ликвидности;

- паника на валютной бирже и резкое падение курса рубля;

- резкое укрепление рубля из-за ураганного притока иностранных капиталов

Российский интеллектуал Б.Кагарлицкий считает, что "крушение доллара привело бы к некоему подобию русского дефолта, но уже в планетарных масштабах, и рухнула бы не только американская банковская система, но и европейская. Поскольку национальные валюты в большинстве случаев обеспечены долларовыми запасами центральных банков, никто бы не выиграл. А периферийные страны, подобные России, пострадали бы больше всех". Безусловно, Россия пострадает вместе с большинством стран мира, но в большей или в меньшей степени – это сегодня вопрос открытый. А каковы реальные причины возможного кризиса в России, и насколько вышеназванные причины связаны с внешним миром?

Старший научный сотрудник института "Катона", бывший советник президента РФ по экономическим вопросам Андрей Илларионов презентовал работу под названием "Предчувствие катастрофы". В данной работе он подробно проанализировал экономические показатели страны с древнейших времен и пришел к выводу, что Россия стоит перед началом катастрофы. Приводя все данные по военным затратам, места в мировой экономике, ВВП, среднюю продолжительность жизни и т. д., Илларионов обратил внимание, что столь глобальные ухудшения происходили только перед серьезными катастрофами, вроде Второй мировой войны, гражданской войны и прочих событий. "Эти данные не оставляют другого вывода, как то, что мы находимся в ожидании серьезных испытаний", - заключил эксперт. Что именно может произойти, Илларионов не уточнил. Но подчеркнул, что грядущие события по масштабам и последствиям будут несопоставимы с обычным экономическим кризисом.

Сырьевая экономика России в "полосе везения"

Аналитик Д.Якушев считает: "Фондовые биржи мира – эти универсальные барометры капиталистической экономики повсюду показывают тревожное предгрозовое положение. Мировая экономика еще не сорвалась в неуправляемый штопор, но дыхание неумолимо приближающегося кризиса ощущается уже со всей очевидностью. Возможность второго издания «великой депрессии» представляется уже не чем-то фантастическим, а скорее почти неизбежным. Не минет чаша сия и Россию с ее открытой всем ветрам сырьевой экономикой. Мы действительно интегрировались в мировую капиталистическую систему, причем на далеко не лучших условиях. В результате, когда на Западе еще только чихают, у нас уже падают в обморок. Российская биржа, да и экономика в целом сегодня больше зависят ни от родного правительства и центробанка, а от результатов торгов на Уолл-Стрит и действий Федеральной резервной системы США". А.Проскурин акцентирует внимание на экономическом аспекте, закрепляющем сырьевой статус России: "Простейший пример – для того, чтобы осуществить рост на 10 процентов, мы должны, как минимум, на столько же увеличить внутреннее потребление энергии. Но это означает, что сырьевое лобби, как минимум, потеряет 10 процентов валютной выручки, а это около 6-7 миллиардов долларов. Поверьте, что за эти миллиарды борьба, пусть не всегда заметная глазу, будет вестись крайне жестко".

Б.Кагарлицкий фиксирует: "Прогноз ситуации в нашей экономике ограничивается констатацией ее зависимости от мирового рынка и предсказанием возможного падения цен на нефть. При этом пессимисты предрекают нам крушение под тяжестью неблагоприятной внешней конъюнктуры, а оптимисты настаивают на том, что Россия сейчас не такая, как в 1998 году, накоплены изрядные ресурсы, а промышленность после почти 10 лет подъема находится в куда лучшем состоянии, нежели во время тогдашнего дефолта". Глава департамента макроэкономического прогнозирования МЭРТа А.Клепач убежден, что "пока мировые цены на нефть и металлы высоки, Россия находится в полосе везения". А что будет, когда "полоса везения" кончится?

Сценарий последствий кризиса для России по О.Солнцеву

Аналитик О.Солнцев считает, что "если рассматривать в качестве гипотетического сценария кризиса глубокую корректировку доллара к валютам развитых стран, стимулирующую жесткую посадку американской экономики, то возможные последствия такого варианта для российской экономики могут быть следующими:

- замедление роста физического объема экспорта. Стоимостной объем при этом может и не уменьшиться (следствие частичной "индексации" долларовой цены барреля нефти)

- замедление роста импорта. Укрепление евро вызовет заметное удорожание импорта из стран ЕС, и приведет к замедлению роста его физического объема. Импорт из Китая, и других стран АТР при этом может возрасти (активизация азиатскими импортерами поиска новых рынков сбыта), но, очевидно, быстро не заменит сокращение европейских поставок. В целом снижение динамики импорта повысит конкурентоспособность отечественных производителей. Однако в отдельных секторах (добыче руды, химическом производстве, производстве продуктов питания и др.), осуществляющих модернизацию преимущественно на основе импорта европейских техники и оборудования, воздействие может оказаться негативным;
- риск банковского кризиса.

В момент глобальной корректировки курса доллара вероятен краткосрочный отток капиталов с российских рынков, спровоцированный падением фондовых индексов и повышением ставок внешних заимствований. Это, в свою очередь, приведет к уменьшению роста валютных резервов и, соответственно, эмиссии рублей. Это приведет к сжатию банковской ликвидности. Плюс процентные, и возможно, кредитные риски:

- вероятность усиления инфляции. После завершения корректировки курса доллара на мировых рынках недостаточность притока валютных средств в российскую экономику сменится их избытком. Это связано с возможным посткризисным восстановлением притока капиталов на развивающиеся рынки. В результате усилится монетарное давление на инфляцию. Дополнительный вклад в усиление инфляции внесет удорожание товаров, ввозимых из зоны евро (эффект "импорта инфляции");

- расширение притока прямых иностранных инвестиций, прежде всего, из Европы и Китая. Снижение ценовой конкурентоспособности европейских компаний заставит их активизировать а) интеграцию с российскими поставщиками дешевых сырья и материалов; б) замещение импорта готовой продукции созданием сборочных производств на территории России. Китайские инвестиции могут быть ориентированы прежде всего в сырьевые сектора (те, куда их пустят). Основные мотивы: а) необходимость усиления и диверсификации доступа к сырью в условиях глобальной нестабильности б) поиски размещения избыточных сбережений после вывода части капиталов с американских рынков".

Спекулятивный капитал в России

Спасет ли Россию спекулятивный капитал? Казалось бы, наивный вопрос, но ответы на него могут пролить свет на будущее России.

Чистый приток частного иностранного капитала в РФ по итогам 2007 года превысит 90 миллиардов долларов, сообщил в конце 2007 года замглавы Минэкономразвития России С.Кузнецов: "Мы преодолеем беспрецедентную цифру в 90 миллиардов долларов. Уже зафиксировано 86...Несмотря на кризис, который лихорадит международные финансовые рынки, мы перейдем отметку в 90 миллиардов долларов, а если посмотреть динамику за последние два-три года — она поистине колоссальная". Эксперты отметили, что представители Минфина России ранее прогнозировали, что чистый приток капитала в 2007 году составит 80 миллиардов долларов вместо ожидавшихся 70 миллиардов долларов. В феврале 2008 года Федеральной службы государственной статистики (Росстат) сообщила, что иностранные инвестиции в Россию в 2007 году поступили на сумму 120,941 миллиардов долларов, что в 2,2 раза больше их притока в 2006 году.

Отношение российских властей к спекулятивному капиталу концептуально выразил министр финансов Алексей Кудрин. Он рассчитывает на то, что "все больше спекулятивного капитала будет оставаться в России на долгосрочную перспективу на фоне снижающейся инфляции". Кудрин воодушевлен успехом. "Тот трэнд, которого мы сегодня достигли, позволит к 2010 году довести общий приток инвестиций до $ 500 млрд", - прогнозирует первый вице-премьер правительства РФ, называя при этом прогноз консервативным.

М.Хазин скептически относится к привлечению спекулятивного капитала в нашу страну: "Россия, впрочем, как всегда, здесь останется "не при делах", поскольку нашими финансами руководят люди, слепо подчиняющиеся элите "западного" проекта, кровно заинтересованной ныне в том, чтобы найти как можно больше "емкостей" для сброса избыточной ликвидности. Собственно, кроме России непонятно даже, куда ее сегодня можно сбрасывать — дураков больше нет. А значит, Россия останется в наступившем году единственной в мире крупной страной, страдающей от избытка спекулятивных капиталов при явном недостатке капитальных инвестиций". А что будет с экономикой нашей страны, когда весь скопившийся в России спекулятивный капитал стремительно уйдет за пределы нашей Родины?

Россия спасает мировую валютно-финансовую систему

"К сожалению, Россия не может ничего сделать, чтобы предотвратить очередной мировой кризис", - предполагают А.Зайко и А.Бирман. Но по иному считают российские финансовые власти. Так, в начале февраля 2008 года зампред ЦБ России Алексей Улюкаев заявил о том, что на первый план для центробанков всего мира вышла задача поддержать стабильность финансовой системы. Данное заявление было воспринято многими экспертами как признание существования кризиса ликвидности в российском банковском секторе. Поэтому многие банки опасаются, что последствия этого кризиса могут оказаться для них крайне негативными (K2Kapital).

Представляется, что Зайко и Бирман ошибаются насчет России. Лидеры нашей страны вносят весомую лепту в дело предотвращения надвигающегося мирового валютно-финансового кризиса. И подтверждением этого является и деятельность ЦБ России и отдельные направления деятельности финансовых властей России в целом.

Центральный банк России и валютные резервы

В России, как и в большинстве демократических стран мира, Центральный банк – это независимый от правительства орган власти. И эта независимость, по мнению широкого круга экспертов и аналитиков, направлена против экономических интересов большинства граждан страны. Аналитик С.Родинов утверждает: "Говоря прямо, то, что делал Центробанк РФ в последние годы – это грабёж России, его так называемые “валютные резервы” – недополученная страной и вывезенная за рубеж выручка за экспорт. Называть эти деньги “резервами” – глумление, переведите их по курсу и сравните с количеством рублей в обращении – вы увидите, что каждый рубль в стране по несколько раз обеспечен долларами. Хотя сама по себе валюта независимой страны не нуждается вообще в каком-либо “обеспечении” – ещё абсурдней “обеспечивать” её несколько раз". Родинов отметил, что "в то время как ЦБ РФ вложил в западные страны уже почти 420 миллиардов долларов – под низкий процент (доходность американских казначейских бумаг в районе 4%), наши компании назанимали там же на Западе столько, что совокупный долг страны вырос до 340 миллиардов долларов. А занимали под высокий процент, облигации Газпрома – около 8% к примеру, это “кит”, а мелочёвке и на 10-12% приходилось идти. Казалось бы: Газпрому нужны доллары, у ЦБ РФ они есть – почему своему не дать?". Представляется, что С.Родинов крайне субъективно оценивает усилия российского Центробанка по поддержанию мировой (долларовой) валютно-финансовой системы.

А.Смирнов также видит негативные перспективы деятельности ЦБ: "Как известно ЦБ достаточно лояльно относится к входу нерезидентов на российский банковский рынок, очень привлекательный для инвестиций. Конечно, вхождение нерезидентов в капитал российского банка безусловно положительно для развития российских банков и создания стимулирующей конкуренции. Но и этой проблемы есть и другая сторона. Доля нерезидентов в общем капитале российской банковской системы постепенно растет и составляет уже 21,3%.  Как показала практика, после либерализации рынков банковские системы в ряде стран Восточной Европы практически потеряли национальную независимость - банки-нерезиденты, имея огромную финансовую мощь, достаточно быстро поглотили ряд крупнейших банков и заняли ведущие позиции на местных финансовых рынках. Так в Польше доля иностранного капитала в местном банковском секторе возросла с 30 % в сентябре 2000 г. до 60 % в 2000 г, и 80 % в 2006 г". А на что направлена деятельность Минфина?

О любви Минфина России к Fannie и Freddie

М.Хазин отметил следующее: "Первый заместитель председателя нашего Центробанка Улюкаев уже признался, что резервы ЦБ уменьшились из-за того, что "у ЦБ свой инвестиционный портфель, и в нем есть бумаги Fannie Mae, Freddie Mac". То есть наши, народные, государственные деньги уже пропали из-за мирового финансового кризиса". На оппозиционных форумах ущерб от размещения ресурсов Стабфонда в американских ценных бумагах оценивается от 5 до 10 миллиардов долларов.

А.Нариньяни конкретизирует деятельность Минфина в данном направлении: "Министерство финансов уже решило: заработанные страной средства потратят, в частности, на приобретение долговых бумаг 15 иностранных государственных агентств. Перечень агентств, в обязательства которых могут быть размещены средства Фонда национального благосостояния, утвержден приказом Минфина РФ от 24 января 2008 года. Аналогичный перечень утвержден для инвестирования средств Резервного фонда приказом от 16 января 2008 года. В число компаний, имеющих возможность получить инвестиции из Стабфонда России, вошли и американские ипотечные госкомпании Fannie Mae и Freddie Mac, а это, учитывая последние события, - очень странный выбор. Fannie Mae и Freddie Mac, созданные конгрессом США для увеличения объемов финансирования ипотеки, контролируют около 40 процентов рынка ипотечного кредитования жилищного сектора. Оба агентства оказались в центре кризиса на рынке ипотечных ценных бумаг, разразившегося в США в прошлом году и продолжающегося до сих пор. Только за один день 20 ноября курс акций Freddie Mac рухнул на 29 процентов, Fannie Mae - на 25 процентов. Это произошло после сообщений о необходимости привлечения дополнительного капитала на фоне масштабных списаний сомнительных долгов".

А.Нариньяни отмечает следующее: "Можно было бы допустить, что наши хитрые финансисты хотят купить подешевевшие акции этих фондов в расчете на то, что потом они вырастут. Но нет, речь идет о долговых обязательствах - облигациях. Проще говоря, из средств нашего Фонда национального благосостояния будут оплачены долги бедных американцев, понабравших ипотечных кредитов и неспособных по ним расплачиваться. Кроме того, средства российских госфондов могут быть вложены в корпорации и банки, кредитующие жилищное строительство в США, и это при том, что в жилищном секторе США сейчас продолжается самый глубокий спад за последние 25 лет. Тем не менее, российское государство продолжает следовать стратегии, принятой несколько лет назад: заработанные страной деньги идут в экономику других стран. При том, что в России по-прежнему нет нормальных дорог, жилищная проблема решается с трудом, а предприниматели стонут от слишком высоких, по их мнению, налогов".

Из открытых источников известно, что корпорация Fannie Mae создавалась Конгрессом США с целью выкупа закладных у других участников рынка и предоставления гарантий по ипотечным займам на возмездной основе.  Крупнейший ипотечный кредитор домохозяйств в США Fannie Mae отчитался об убытках в IV квартале 2007 года, которые составили $3,55 млрд. в связи неспособностью многих американцев вовремя погашать долги по ипотечным ссудам, что привело к падению стоимости активов компании. Чистый убыток Fannie Mae составил $3,80 в пересчете на одну акцию, в сравнении с прибылью на уровне $604 млн., показанной годом ранее. Число обращенных взысканий на жилую недвижимость, которое практически удвоилось, наравне с балансирующей на грани рецессии экономикой, снижает стоимость ипотечных закладных, которых у квазигосударственной компании скопилось на сумму $2,3 трлн. (Bloomberg).

Глава Fannie Mae Даниель Мадд в январе 2008 года предупреждал о том, что компанию ждет трудный год. Текущий спад может привести к тому, что Fannie Mae, которая в декабре 2007 года уже разместила привилегированные акции на сумму $7 млрд., вновь будет вынуждена обратиться за помощью к рынкам капитала. Fannie Mae, на долю которой приходится каждый пятый кредит на покупку недвижимости, выданный в США, потеряла более половины своей рыночной капитализации за 2007 год. И часть помощи придет из России. И кто после этого осмелится сказать, что Россия не вносит свою лепту в борьбу с мировым кризисом?

С.Глазьев считает, что "Минфин и Центробанк ведут себя как филиал американского казначейства, поддерживая обреченный доллар всей мощью российской экономики в ущерб национальным интересам". На различных экономических форумам постоянно позиционируется мысль о том, что "индикаторы, которыми пользуется правительство, фундаментально ошибочны". Скорее всего, данная оценка вызвана непониманием той роли, которую российские власти возложили на себя в начале ХХI века в аспекте борьбы с текущим мировым кризисом.

Уязвимые золотовалютные резервы и девальвация рубля

Золотовалютные резервы принято называть "подушкой безопасности".  Оптимист по должности А.Кудрин убежден в том, что "Россия сумела за последние годы добиться стабильности в экономике и накопить значительные золотовалютные резервы, которые являются подушкой безопасности". Экономист В.Михеев рассуждает о двух "подушках": "В России есть "подушка безопасности", даже две: Стабилизационный фонд и золотовалютные резервы. Правда, эти подушки могу смягчить удар только в краткосрочной перспективе". Но аналитики М.Сергеев и А.Блинов считают, что "в случае дефолта будет заморожена почти половина золотовалютных резервов (ЗВР) нашей страны". И данное утверждение не лишено оснований.

Сегодня российские власти рапортуют об относительной дедолларизации экономики России. Так, в 2002 году на долю американской валюты приходилось около 80% ЗВР, а к концу 2007 года -  около 49% валютных резервов России.  И это внушает оптимизм, в том плане, что лишь половина ЗВР исчезнет в пучине мирового кризиса. В начале 2008 года структура инвестирования золотовалютных резервов (ЗВР) России такова: около 50% вложены в доллары США, около 40% - в евро, порядка 10% - в фунты стерлингов и около 1% - в японские иены. Но главная проблема заключается в том, что практически все мировые валюты пострадают в ходе грядущего мирового кризиса.

Известный тележурналист М.Леонтьев убежден, что "благодаря" товарищу Кудрину у нас нет современной финансовой системы. Она у нас аффилирована с Соединенными Штатами, и даже просто стихийные последствия кризиса могут иметь для нас катастрофический характер. Не говоря уже о том, что всякое наше действие в этой ситуации будет чревато одномоментными направленными воздействиями против нас. Все наши резервы абсолютно уязвимы". Экономиста А.Нечаев считает: "У нас был благоприятный момент: рекордный приток капиталов. Но, как показывает опыт, в условиях мирового финансового кризиса, деньги уходят с "развивающихся рынков". В том числе и из России — независимо от ее вполне благополучных макроэкономических показателей — на более стабильные рынки, включая и рынок США. Несмотря на то, что американский рынок переживает кризис – такой вот парадокс. В этой ситуации мы столкнемся с оттоком капитала или, по крайней мере, у нас не будет такого масштабного притока".

Зависимость России от американского кризиса по Нечаеву следующая: "У нас будет не просто отрицательное сальдо торгового баланса, но и отрицательное сальдо платежного баланса, что, разумеется, гораздо опаснее. Дальше все будет зависеть от глубины кризиса в американской и, как следствие, в мировой экономике. Если случится относительно неглубокая рецессия, мы вполне сможет закрыть брешь за счет золотовалютных резервов, составляющие сейчас порядка $450 млрд. В любом случае могут возникнуть проблемы у отдельных компаний, который активно занимали деньги за рубежом. Но если кризис будет более глубоким, то ЗВР может не хватить. Это не будет повтор 1998 года, ситуация несопоставимая, но тогда останется единственное апробированное средство — девальвация рубля".

Объем золотовалютных резервов Банка России на 21 марта 2008года составил 502,2 миллиарда долларов. "Редкая страна имеет такие госрезервы, чтобы хватило рассчитаться по всем внешним долгам всех своих фирм. Правда, и редкая страна согласится это сделать с такой легкостью, как наша", - иронизирует С.Шелин.

Долг банков России плюс долг госкорпораций

Необходимо различать два вида долгов – государственный долг и долг государственных корпораций и банков. Государственный долг постоянно уменьшается. Внешний государственный долг России на 1 января 2008 года уменьшился на 13,7 процента и достиг 44,9 миллиарда долларов. Об этом сообщается на официальном сайте министерства финансов России. В 2007 году на 1 января внешний госдолг РФ составлял 52 миллиарда долларов. Но растут иные долги.

Позитивные изменения в России обычно позиционируются в сравнении с 2000 годом. Действительно, к началу 2000 года соотношение финансовых возможностей и долговых обязательств России было угнетающим. ЗВР составляли 12 миллиардов долларов, а государственных долгов – 133 миллиарда. Плюс 29 миллиардов долларов, позаимствованных за рубежом банками и различными корпорациями. Совсем иная картина сегодня. Но изменилась лишь структура российских долгов.

Главная проблема России в начале 2008 года все те же долги. Заместитель председателя ЦБ РФ Г.Меликьян 23 августа 2007 года выразил недовольство увлечением российских банков иностранными займами. "Их совокупный внешний долг превысил $100 млрд., а его доля в пассивах составила 15%. До 20% — еще можно, после 25% — плохо, выше 30% — совсем плохо. Вот у некоторых банков совсем плохо". Экономист Н.Барвинок так объясняет механизм долларизации российских банков: "Для России дешевой валютой традиционно является американский доллар. Долларов в России много, потому что основной объем экспортной выручки за энергоносители поступает как раз в долларах (нефть и газ исторически так торгуются). Поэтому банкам удобно занять на мировом финансовом рынке доллары под 4—5% годовых. А затем выгодно их раздать в кредиты российским компаниям, но уже в рублях и под 6—12% годовых. Дополнительная выгода банками извлекается из того, что рубль укрепляется по отношению к доллару США. Поэтому, чтобы отдать долларовый кредит, необходим все меньший объем рублей. Ставка же по рублевым кредитам фиксирована в договоре и от курсовой разницы не зависит. Эта разница идет в доход банку. Именно поэтому отечественные банки с такой охотой берут кредиты в долларах и, по данным ЦБ, назанимали уже на $100 млрд".

К этому необходимо добавить, что в последние годы общий российский долг растет в основном за счет кредитов крупнейших государственных корпораций (Газпром, Роснефть и др), а также за счет коммерческих банков. На середину 2007 года долги органов госуправления равнялись всего 41 миллиарду долларов. За 2006 год суммарные долги выросли на 120 миллиардов и пересекли психологически важный трехсотмиллиардный рубеж  - 304 млрд. долл. на начало 2007 года. "На 1 октября 2007 года суммарная задолженность России составила $430,9 млрд. Банки были должны $146 млрд., а предприятия — $205,6 млрд" (Н.Кричевский). Данные цифры не внушают особого оптимизма, несмотря на то, что ЗВР России превышают 500 миллиардов долларов.

Глава департамента макроэкономического прогнозирования МЭРТа А.Клепач считает: "Сегодня российская экономика попала в зависимость от "импортной иглы", так как растет за счет иностранных кредитов и импорта". Б.Кагарлицкий подчеркивает: "Неверно утверждать, будто финансовый кризис может быть к нам только импортирован с Запада. Если бы дела обстояли так, нам нечего было бы опасаться. Но, увы, пока правительство выплачивало задолженность Западу, частный капитал наделал столь впечатляющие долги, что корпоративный дефолт становится реальной перспективой. Рост частной задолженности был пропорционален сокращению государственной. В течение всех этих лет частный бизнес демонстрировал безответственность и самоуверенность, доступную лишь самой некомпетентной бюрократии". И с ними необходимо согласиться.

"Удвоение" Стабфонда

В начале 2008 года Стабфонд прекратил свое существование. Но он оставил заметный след в новейшей истории России. Э.Чукмарова фиксирует: "Формирование Стабфонда РФ началось с 2004 года. Изначально в него перечислялись дополнительные доходы от цен на нефть свыше $20 за баррель, с 2006 года цена отсечения была повышена до $27 за баррель. Расходовать средства фонда можно было лишь на покрытие дефицита бюджета при падении цен на нефть ниже $27 и на другие цели, если объем фонда превышал 500 млрд рублей. Так, с помощью Стабфонда досрочно погашался государственный внешний долг РФ, а также закрывались "дыры" в Пенсионном фонде России".

Отношение к Стабфонду было неоднозначным. Так, известный российский экономист С.Глазьев считал, что стерилизация денежной массы в Стабилизационном фонде - это "политика экономического самоубийства". Аргументация Глазьев проста: "В России на один работающий рубль приходится 4 замороженных, а в США - наоборот: на 1 замороженный доллар - 25 работающих". С,Батчиков видит противоречивость всей деятельности Стабфонда: "Вспомним, как бывший министр экономики Греф оправдывал вывоз из России денег и замораживание их в американских банках в виде Стабилизационного фонда: "Стабилизационный фонд нужно инвестировать вне пределов страны для того, чтобы сохранить макроэкономическую стабильность внутри страны. Как это ни парадоксально, инвестируя туда, мы больше на этом зарабатываем. Не в страну!" Когда ему указывали, что это противоречит здравому смыслу, он отвечал, что деньги "должны изыматься из экономики и не тратиться внутри страны, или будет очень высокая инфляция, ну в полтора раза выше, чем сейчас, а это прямое влияние на инвестиционный климат, отрицательное влияние". Но это и есть хаос в сознании: если деньги инвестировать в страну нельзя, то зачем же нам заботиться об инвестиционном климате? Вот капиталы и утекают".

Б.Кагарлицкий считал, что "со Стабилизационным фондом  дела обстоят неважно. Усилиями господ Грефа и Кудрина эти ресурсы были на протяжении нескольких лет заморожены. Между тем Стабилизационный фонд может эффективно защищать страну от кризиса лишь в том случае, если его используют для инвестирования в национальную экономику, причем именно в тот момент, когда конъюнктура наиболее благоприятна. Весь его смысл – в профилактике кризиса. В этом случае деньги превращаются в рабочие места, технологии, дороги, школы и оборудование, которые останутся у нас даже после того, как деньги обесценятся. А бороться с уже разразившимся финансовым кризисом, выбрасывая на рынок деньги, – всё равно что гасить пожар керосином. При подобном подходе Стабилизационный фонд оборачивается потенциальной угрозой для экономики". Кагарлицкий делает следующий вывод: "Основной вопрос, стоящий перед нами сегодня, не в том, достаточно ли велик Стабилизационный фонд для того, чтобы мы смогли выдержать удары мирового кризиса, и даже не в том, до какого уровня могут опуститься цены на нефть (пока они продолжают расти, хотя рано или поздно действительно упадут). Вопрос в том, насколько эффективен российский капитализм сам по себе".

В.Колташов руководитель Центра экономических исследований Института глобализации и социальных движений (ИГСО) прогнозирует: "Если мировой фондовый рынок отреагировал паникой на план Джорджа Буша простимулировать экономику США 170 млрд. долларов, то какой эффект может быть от заявлений Кудрина? Размер стабилизационного фонда РФ не позволяет серьезно говорить о возможности его эффективного применения в борьбе с мировым кризисом. В лучшем случае, даже при самой умной политике несколько месяцев сомнительной стабилизации на бирже – все, на что можно рассчитывать". Колташов считает, что "серьезной защитой он не является. Его не хватит даже на поддержание фондового рынка в России, когда власти осознают происходящее и кинется спасать бумаги, вместо того, чтобы поддержать население, а значит спрос. Стабилизационный фонд совершенно ничтожен по сравнению с долгами российский корпораций. Когда кризис приведет крупнейшие компании РФ в плачевное состояние, средств Стабфонда не хватит ни на что".

В.Колташов убежден: "Чтобы хоть как-то смягчить кризис в России необходимо одновременно активней стимулировать спрос и производство. Требуется в 3-4 раза увеличить пенсии, поднять зарплаты, сократить рабочий день, чтобы у людей было время воспользоваться деньгами. Однако рассчитывать, что власть пойдет на эти и иные меры не приходится. Десять лет Минфин печатал деньги, чтобы снижать цену рабочей силы. Разворот в другую сторону неисполним, он противоречит интересам отечественных и зарубежных корпораций". Колташов утверждает, что "власть не располагает никакими серьезными механизмами смягчения кризиса. Выработать их кабинетным способом, а потом применить, ничего не изменяя в стране, невозможно. Поэтому в Кремле полагаются исключительно на собственный оптимизм и фетиш стабилизационного фонда, который вообще может попросту сгореть в первые месяцы кризиса. Отечественная экономика является сырьевой, то есть очень уязвимой. Ее структурное переориентирование не выгодно "Газпрому", а потому не реализовывалась прошедшие десять лет и не предполагается к осуществлению. Поэтому мы и считаем, что для России кризис окажется особенно тяжелым".

Известный российский интеллектуал Л.Пайдиев издал в 2006 году книгу "Стабфонд – копить или тратить". Пайдиев настаивает на том, что "сидеть на расписках зарубежных держателей кубышки бесперспективно, и потому глупо". Он также выстраивает последовательную цепь аргументов в пользу того, чтобы разумно и быстро направить средства фонда на то, чтобы реально поддержать налоговую реформу, собрать средства на распределение природной ренты среди граждан, сформировать бюджет развития... Его мнение услышано не было.

В конце 2007 года в сети Интернет пользовалась успехом следующая шутка: "Наступает год Крысы, как-то неспокойно за Стабилизационный фонд". Шутка оказалась пророческой. 31 января 2008 года Стабфонд прекратил свое существование. Он разделен на две части: Резервный фонд и Фонд национального благосостояния (Фонд будущих поколений). Объем Резервного фонда определен в 3,069 трлн. рублей, или 125,4 млрд. долларов - физически - 56,43 млрд. долларов, 38,21 млрд. евро и 6,31 млрд. фунтов стерлингов. Объем Фонда Национального Благосостояния – в 782,8 млрд. рублей, или 31,98 млрд. долларов - физически - 10,42 млрд. долларов, 12,73 млрд. евро и 1,39 млрд. фунтов стерлингов.

Из официальных источников известно, что Резервный фонд призван минимизировать риски экономики в случае резкого падения мировых цен на энергоносители и, согласно плану, должен быть направлен на поддержание макроэкономической стабильности и борьбу с инфляцией. Он формируется за счет нефтегазовых доходов, включающих в себя НДПИ на нефть, газ, а также экспортные пошлины на нефть, газ и нефтепродукты. В случае возникновения необходимости средства Резервного фонда могут быть использованы для финансирования расходов бюджета и досрочного погашения внешнего долга. Средства Фонда национального благосостояния должны идти на повышение качества жизни людей и развитие экономики. В Фонд национального благосостояния будут поступать остатки нефтегазовых доходов, не попавшие в Резервный фонд при его достижении нормативной величины, которая составляет 10% ВВП. Управление средствами Резервного фонда и Фонда национального благосостояния будет осуществляться путем приобретения долларов США, евро и фунтов стерлингов и их размещения на счетах в Центральном банке РФ, а также путем размещения средств фонда в ряде финансовых активов, номинированных в указанных валютах.

По мнения западных аналитиков ФНБ – это обычный суверенный фонд: "Первого февраля 2008 года в мире стало на один суверенный фонд  больше, поскольку Россия официально объявила о создании у себя фонда национального благосостояния (ФНБ). Это будет большой и важный суверенный фонд, несмотря на то, что сейчас его вес - по некоторым подсчетам, переваливший за 32 млрд. долларов - представляется довольно-таки скромным по сравнению, например, с Китайской государственной инвестиционной корпорацией (CIC)" (Ст.Иен, О.Уикс). Так что дало России появление собственного суверенного фонда? Рунет, как всегда, откликнулся шуткой: "Вместо одной подушки безопасности - Стабфонда, теперь у России две подушки безопасности. Одна – для Путина, другая – для Медведева". А анализ многочисленных высказываний интеллектуалов на экономических форумах позволяет установить, что опасения за будущее страны базируются на отсутствии фундаментальных экономических знаний у третьего президента России Дмитрия Медведева.

Из истории дефолта 1998 года

История российского дефолта 1998 года уже обросла массой интерпретаций. Выделим основные версии. Конспирологическая версия: дефолт – это искусственно организованный кризис, необходимый для того, чтобы провести залоговые аукционы и передать недра, национальное достояние России в руки олигархов. Официальная версия: мировой кризис плюс слабость российской экономики. 

Из воспоминаний А.Чубайса: "Чем было 17 августа на самом деле? Это был бюджетно-долговой кризис. Неспособность государства затыкать бюджетные дыры, отвечать по своим долгам. Именно несбалансированный бюджет, а не “преступные действия правительства Гайдара — Чубайса — Кириенко” — первопричина 17 августа. Когда разразился кризис, все стали дружно ругать “плохую пирамиду ГКО”. Ну так сокращали бы дефицит, если не нравилась “пирамида”! Нам тоже она не очень нравилась. Но деньги откуда-то надо было брать на выполнение утвержденных депутатами бюджетных обязательств". Чубайс видит причину дефолта в следующем:  "Причина номер один — мировой кризис развивающихся рынков. Стоит ли представлять 17 августа как некую удивительную неожиданность, в то время как экономический кризис встряхнул около 50 стран мира и при этом в 10 из них окончился полной политической катастрофой — сменой президентов и правительств, а в ряде случаев — стрельбой, жертвами, кровью?...Россия — неотъемлемая часть мира, и в ситуации всеобщего коллапса смотреть на события в собственной стране исключительно через призму отношений между Чубайсом и Лужковым, Кириенко и Березовским просто наивно. Как и многие другие страны, Россия оказалась ввергнута в водоворот гигантского крупномасштабного процесса. Но неприятная особенность состояла в том, что она по целому ряду причин оказалась чрезвычайно уязвимым и ослабленным звеном этого общего процесса. Совершенно очевидные вещи: слабая экономика; молодой, еще не окрепший, только формирующийся рынок".

В рамках версии об искусственно организованном  кризисе, дефолт обычно связывают с таким понятием как "валютный коридор". Из официальных источников можно почерпнуть, что 5 июля 1995 года и.о. председателя ЦБ Т. Парамонова объявила о введении валютного коридора, который год спустя был дополнен ограничением среднедневных колебаний курса рубль-доллар в пределах 1%. Фиксация курса рубля к доллару преследовала несколько целей. Первая - борьба с инфляцией - была реализована весьма успешно. Благодаря введению валютного коридора удалось сократить темп прироста цен со 131% в 1995 году до 22% в 1996-м и 11% в 1997-м. Помимо повышения благосостояния населения это создавало условия для того, чтобы иностранцы активно вкладывали средства на рынке российских ГКО-ОФЗ. Однако переоцененный рубль подорвал конкурентоспособность экспорта (с 1997 года его рост прекратился) и ухудшил баланс текущих операций (он стал отрицательным в первой половине 1998 года). Сократились и чистые валютные резервы (на $14,6 млрд, причем более половины этой суммы - $7,9 млрд - пришлось на май-август 1998 года). А высокий спрос на ГКО в итоге привел к образованию "долговой пирамиды" и дефолту в августе 1998 года.

А.Черепанов выделяет в истории с дефолтом следующее: "За пять с лишним лет, прошедшие с того знаменательного момента - с мая 1993 года по середину августа 1998 года, - на аукционах и вторичном рынке было размещено государственных облигаций на общую сумму 1,37 трлн. рублей, что составило в эквиваленте $255 млрд. Однако, почти весь этот громадный объем ушел на рефинансирование самой же задолженности и оплату расходов по ней. Фактически в пополнение федерального бюджета поступила лишь его двадцатая часть - $13 млрд. И если уж действительно была жизненная потребность в них, то, может, эту вожделенную сумму все же стоило взять взаймы у ЦБ. Тогда страна понесла бы минимальные потери - лишь несколько процентов инфляции, "размазанные" по годам. С последующей компенсацией при возврате долга". А.Черепанов считает что дефолт – это "операция прикрытия" для залоговых аукционов: "Общая же сумма неисполненных обязательств государства к дню августовского кризиса превысила $84 млрд. Что в 6,5 раза больше, чем упомянутое "чистое" привлечение. За каждый взятый взаймы доллар предполагали отдать почти семь...Проблема неимоверно больших платежей по долгу создала шумовую завесу для проведения залоговых аукционов, в результате которых почти за бесценок были распроданы наиболее лакомые куски госсобственности".

Известный российский экономист С.Глазьев считает, что "краха 17 августа 1998 года можно было избежать". Он убежден, что "руководители правительства и Центрального банка заблаговременно получили предупреждения о надвигающейся катастрофе со стороны ряда ученых, предпринимателей и политиков. В Совете Федерации дважды проходили “круглые столы”, на которых в присутствии премьера, министра финансов и председателя Центрального банка были продемонстрированы сценарии вероятного развертывания кризиса и предложены необходимые меры по его предупреждению. За полгода до кризиса Государственной Думой в первом чтении был принят закон о неотложных мерах по предотвращению бюджетного кризиса, который позволил бы предотвратить финансовый крах, если бы правительство не заблокировало его окончательное принятие. За четыре месяца до краха в распоряжении правительства и Центрального банка был передан обстоятельный доклад о саморазрушении финансовой системы, подготовленный экспертами Российского торгово-финансового союза под руководством Д.А.Митяева, в котором наряду с детальным прогнозом развертывания финансового кризиса предложены необходимые меры по его предотвращению. Как ни странно, несмотря на многократные предупреждения и предложения по предотвращению кризиса ни правительством, ни Центральным банком ничего не было сделано, чтобы избежать явно надвигавшегося финансового краха. Напротив, своими действиями они лишь усугубили его последствия, неоправданно нарастив государственный долг и бессмысленно растратив валютные резервы".

Дефолт 1998 года – воспоминание о будущем?

Д.Сорос, анализируя события 1998 года, отметил:  "Кризис в России внес определенность в этот вопрос. Как и в случае с Таиландом, влияние событий в России оказалось более значительным, чем многие ожидали, включая меня самого. Я довольно мрачно оценивал события в России, но я не осознал последствий для свопов, операций с производными бумагами и межбанковского рынка, пока они реально не наступили". О событиях 1998 года написано достаточно много. Так, из доклада Эндрю Качинса "Альтернативные сценарии развития России к 2017 году" можно уяснить следующее: "Финансовый крах 1998 года стал для всего общества чрезвычайным потрясением. Он стал для экономики очистительным катарсисом, сделав политически возможным уничтожение хронического дефицита российского бюджета, составлявшего около 9% ВВП. С этого момента российский бюджет стал профицитным".

М.Делягин отмечает: "Действия "киндердефолта" и его проамериканской команды не просто гарантировали нанесение еврозоне, помимо текущего, еще и среднесрочного ущерба. Они еще и надежно обеспечили возникновение очага длительной и обоюдно болезненной политической напряженности между естественными союзниками и столь же естественными стратегическими конкурентам США - еврозоной и Россией, жизненные интересы которых в вопросе о реструктуризации и списании внешнего долга России закономерно оказались диаметрально противоположными. Этот пример достаточно наглядно показывает потенциальную мощь как стратегического планирования США, подкрепленного значительными финансовыми и организационными ресурсами, так и возможности "конструирования реальности", которые дают им современные технологии формирования и корректировки сознания". А.Некипелов делает следующий вывод: "При развертывании финансового кризиса неблагоприятные внешние обстоятельства вне всякого сомнения сыграли роль спускового крючка. Однако остается вопрос: почему российская экономика оказалась столь уязвимой по отношению к внешнему воздействию? Попытка объяснить события 17 августа 1998 года сугубо техническими просчетами Центрального банка сомнительна. Конечно, либерализация международных финансовых потоков и регулируемый курс - смесь взрывоопасная. Но ведь замысел правительства, поддержанный Центробанком, состоял в том, чтобы привлечь как можно больше краткосрочного иностранного капитала, и сделать это значительно проще при наличии валютного коридора - в надежде, что после установления финансового равновесия курс можно будет "отпустить". Верно и то, что в течение 1997 года валютный баланс российских коммерческих банков из активного очень быстро превратился в пассивный, причем пассив постоянно нарастал. Ошибочно, однако, считать это простым "зевком" ЦБР: приток валюты в российские банки существенно облегчал поддержание курса в заданных границах. Хорошо понятны и причины, побуждавшие Центробанк "до последнего" удерживать рубль в рамках установленного коридора: девальвация рубля или переход к свободному курсу неизбежно усилили бы атаки на рубль, приведя к "перелету" его курса и краху банковской системы. Иными словами, "технические просчеты" Центрального банка на самом деле были органической составной частью его общей с правительством стратегии".

Некипелов считает, что "кризис государственной задолженности коренился в многолетнем дефиците государственного бюджета и авантюристических методах его финансирования. Но несбалансированность бюджета - не конечная, а лишь промежуточная причина кризиса. Поэтому концентрировать все усилия на механическом увеличении доходов госбюджета и урезании расходов - значит бороться со следствиями, не затрагивая истинных причин. Подлинный нерв российского финансового кризиса - беспрецедентная неликвидность реального сектора. По оценкам правительственных ведомств, 70-80 проц. всех сделок в этом секторе осуществляются без участия денег: либо в виде бартера, либо с применением так называемых денежных суррогатов и неплатежей. Именно поэтому не удается переломить положение дел со сбором налогов, ужесточая административные меры: никакой налоговой полиции не под силу извлечь налоги (по крайней мере в денежной форме) из неликвидного реального сектора. Преодоление же кризиса неликвидности производственного сектора автоматически резко увеличило бы налоговые поступления. Именно "обезденежение" основной части российских предприятий (а не пресловутое отсутствие политической воли) обусловило крах всех усилий по нормализации финансовой ситуации, которые предпринимали правительства Черномырдина-Немцова-Чубайса и Кириенко".

А.Кобяков выделяет следующее: "На какое-то время после девальвации 1998 года зависимость от импорта снизилась (стало выгодно производить свое), появилась надежда на подъем отечественного производства. Правительство Примакова заморозило тарифы естественных монополий – и в 1999-м мы получили рост промышленного производства в 17,5%. Но теперь эта возможность утрачена: импорт всевозможных товаров в РФ нарастает форсированными темпами. Теперь снова выгоднее закупать за рубежом, чем работать самостоятельно. Страна вновь попала в опасную зависимость от привозных продовольствия и потребительских товаров. И если бы не рост нефтяных цен с 2000 года, РФ давно испытала бы новый кризис". Кобяков отмечает также фактор "упущенных возможностей": "Стоит ли говорить, насколько сырьевая экономика подвержена кризисам из-за того, что зависит от колебаний мировых цен на сырье? Я не знаю другого примера того, как правительство, находясь в таком благоприятном положении для проведения структурной политики, как правительство РФ после 1998-го, упустило бы такой великолепный шанс". А Л.Пайдиев делает алармистский прогноз о выходе из "нового 1998-го": "Что означает дефляционный сценарий для Российской Федерации? Иссякание притока доходов из-за падения цен на нефть и обнищание олигархов. Но если у нас будет крепкая организация, то мы сможем повторить путь "после 1998 года" и поднять страну. Будет трудно, но мы выкарабкаемся. Хуже будет, если нам посадят марионеточного фашистского диктатора, который втравит нас в какие-то авантюры по сценариям Уолл-стрита. И тогда классическая латиноамериканская "горилла", коррумпированная сволочь, погубит нас всех".

Кого спасать: бизнес или население?

Сегодня российские финансовые власти предпринимают максимум усилий в аспекте помощи находящейся в кризисе американской экономике. М.Делягин, анализируя события 1998 года, выделил следующее: "Напомним, что, приняв комплекс решений, воистину наихудших из всех возможных для российской экономики, проамерикански ориентированные реформаторы (правительство Кириенко, как известно, направило полученные от МВФ 4,8 млрд.долл. не на стабилизацию национальной финансовой системы, а на защиту сверхприбылей международных спекулянтов, ориентирующихся в основном на США) тем самым сделали практически неизбежным в среднесрочной перспективе не только реструктуризацию, но и списание ощутимой части внешнего долга России, в одночасье ставшей для нее совершенно непосильным". А кого будут спасать российские власти в случае прихода кризиса в Россию?

Б.Кагарлицкий отмечает: "Пирамиды частного сектора обречены рано или поздно обрушиться. Вопрос лишь в том, как быстро это произойдет и какова будет реакция государства. В 1998 году правительство отказалось от попыток спасения финансового сектора потому, что средств почти не было (до тех пор, пока средства в бюджете и Центральном банке оставались, их радостно бросали в топку кризиса). К тому же всё произошло довольно быстро: в апреле был первый толчок кризиса, а в августе уже дефолт. Напротив, в нынешней ситуации государство обладает куда большими средствами, кризис надвигается медленно, а сохранение высоких цен на нефть дает надежду на «мягкую посадку». Но именно эти факторы почти наверняка породят соблазн помочь в трудную минуту отечественному бизнесу. Результат вполне предсказуем: как бы ни был велик Стабилизационный фонд, каким бы ни великолепным ни был профицит бюджета, на покрытие воровства, коррупции и безответственности российского частного капитала этих средств всё равно не хватит". Кагарлицкий выделяет важнейшее: "Международный кризис опасен не тем, что занесет к нам чужие проблемы, а тем, что до предела обострит наши собственные, доморощенные и на протяжении многих лет не решаемые. В данной ситуации государство рано или поздно встанет перед выбором: кого спасать – бизнес или население".

Аналитик Ф.Блонд считает: "Правительствам следует протягивать руку помощи не банкам и спекулянтам, а потребителям, у которых сейчас есть все основания опасаться за свое будущее". Это сверх актуально для России, не обладающей продовольственной безопасностью.

Продовольственная безопасность России и ВТО

Экономист А.Кобяков отмечает, что "продовольственная безопасность России нарушена по всем понятиям. Зависимость от импорта съестного – более 50%. И тут для меня возникает вопрос, совершенно неразрешимый с точки зрения здравого смысла и логики: почему мы так рвемся вступить в ВТО?" Тема продовольственной безопасности в начале 2008 не выходит из фокуса внимания экспертного сообщества. Руководителя столичного департамента продовольственных ресурсов Александр Бабурин заявил, что в Москве заметно увеличилась импортная зависимость по продовольствию: “В 2004 году мы ее опустили до 65%, а сейчас она возросла до 73%". До 2004 года импортная зависимость достигала 89%. А.Бабурин отметил: "В последние два года мы вынуждены больше закупать за рубежом. Это очень обидно, однако, это так" (18.03.2008).

Многие эксперты отмечают, что глобальному подорожанию продовольствия есть простое объяснение. Рост денежной массы осуществляется за счет накачки фондового, ипотечного, нефтяного и прочих пузырей. Ныне мы наблюдаем процесс "пирсинга" ипотечного пузыря. Приток финансовых ресурсов в сырьевую сферу естественен. Причем, наиболее авторитетные эксперты отмечают, что возврата к прежним ценам на продовольствие не предвидится. А чем это грозит для России?

Л.Пайдиев предрекает продовольственную зависимость от Европы: "Большинство экспорта РФ идет в Евросоюз. Большинство импорта в РФ – оттуда же. Вступая в ВТО, мы попадаем в практически полную экономическую зависимость от Европы". Пайдиев убежден: "Не надо обманываться тем, что над Кремлем развевается бело-сине-красный флаг. РФ в экономическом смысле – всё более теряет независимость, становится колонией. Недавние "газовые переговоры" между РФ и ЕС привели к тому, что формируется единая позиция Евросоюза по отношению к России. Следующим шагом, наверное, станет создание министерства по делам России. скоро Москва в Европе будет напарываться на единую позицию стран ЕС по всем важным вопросам".

Алармистское видение будущего по Пайдиеву следующее: "Боюсь, что политическое решение о приеме нас в ВТО на Западе уже принято. Если РФ вступит в организацию, Европа обретет контроль над Россией. ЕС уже выдвигает откровенно хамские требования по лесу и железнодорожным перевозкам. В огромной России тарифы на железнодорожные перевозки – всегда субсидируемые. У нас слишком огромная территория, наша экономика полностью зависит от железнодорожного транспорта. А от нас требуют, чтобы мы возили грузы иностранных торговцев по внутренним тарифам! То есть – своими руками душите собственное производство. А требования снять пошлины на вывоз "круглого" леса? Это означает одно: не надо перерабатывать древесину в РФ – вывозите ее на переработку в Финляндию". Пайдиев убежден: "Идеология ВТО на современном этапе – это идеология свободной торговли. ВТО нацелена на защиту стран экспортёров промышленной продукции, имеющих мощные конкурентные преимущества. Она ущемляет интересы стран, проводящих политику догоняющего развития, и стран - экспортёров сырья. Наименее выгодна она странам с большим внутренним рынком, где конкурирует большое число национальных производителей и где уже создана импортозамещающая промышленность.

Россия – это страна:

·        С большим внутренним рынком;

·        С развитыми промышленностью и аграрным сектором, последние 50 лет развивавшимися на принципах импортозамещения;

·        Экспортёр сырья;

·        Страна догоняющего развития;

·        Импортёр интеллектуальной собственности.

Таким образом, это страна того типа, для войны с экономическими интересами которого ВТО и создавалось прежде всего. России не просто не нужно, но вредно вступление ВТО".

На невозможность в кратчайшие сроки решить проблему продовольственной безопасности указывает С.Батчиков: "В 1985 году в РСФСР для внутреннего потребления оставалось по 2,51 т нефти на душу населения, а в 2005 году — лишь 0,72 т. Посевные площади за годы "реформ" сократились на 42,3 млн. га, более чем на треть! Нет топлива, тракторов, удобрений. Нет электроэнергии для сельского хозяйства, где ее производственное потребление сократилось за годы реформы в 4,2 раза". Батчиков считает, что  "попытка втиснуть Россию в периферию западной хозяйственной системы — утопия, которая уже привела к огромным страданиям большинства народа". "Большинство граждан РФ получает зарплату только на уровне физического выживания", - утверждает Л.Пайдиев. И именно это становится главной проблемой для российских властей в преддверии Первой глобальной Великой депрессии.

Сильный рубль и внешние заимствования

"Индия, которая обставляет нас по многим показателям, десятилетиями держит заниженный курс рупии. Китай сейчас насмерть воюет с Соединенными Штатами за то, чтобы сохранить заниженный курс юаня. А у нас 50% продовольствия - это импорт, а мы радуемся, что растет курс рубля. Такая валютная политика исчерпала себя, и здравый смысл должен наконец победить. Вся страна проигрывает, а зарабатывают только нефтяники, поскольку цена нефти постоянно растет, обгоняя укрепление рубля", - считает директор Института Европы РАН Николай Шмелев. Так зачем России нужен сильный рубль?

Инфляция в России в 2008 году наверняка превысит 10%, если власти не решатся в течение года снизить курс доллара до 22,0 руб. и довести его до 20,0 руб. к концу следующего года. С таким предупреждением выступили экономисты Merrill Lynch. Они прогнозируют, что возможное двоевластие после президентских выборов может затормозить принятие важных решений, и рост цен останется главной проблемой для России в 2008 году. Российские же эксперты уверены, что дешевый доллар не поможет остановить инфляцию, а только усилит приток спекулятивного капитала в страну.

Наиболее правильным способом борьбы с инфляцией в России, по мнению Merrill Lynch, является плановое повышение номинального курса рубля к доллару. Рекомендуемый график укрепления рубля предполагает снижение курса доллара до 22,85 руб. во втором квартале 2008 года и 22,75 – в четвертом квартале. В начале 2009 года курс доллара должен быть снижен до 22,0 руб., а в четвертом квартале 2009 года – до 20,0 руб. Такой жесткий график снижения курса, по мнению экспертов Merrill Lynch, поможет снизить инфляцию в России до уровня ниже 10% в год.

Российские экономисты восприняли советы иностранцев весьма скептически. "Теоретически предложения Merrill Lynch выглядят разумными, однако на практике они могут принести вред российской экономике", – считает экономист В.Тихомиров. Резкое укрепление рубля, по его словам, вызовет масштабный приток спекулятивного капитала в страну, с которым Центробанк может и не справиться.

В российских конспирологических кругах достаточно широко распространена концепция криптоколонии историка Д.Галковского. По Галковскому для внешнего контроля над какой-либо страной достаточно контролировать главу Центробанка и министра финансов. Глава правительства и президент – это чаще некомпетентные популисты, не разбирающиеся в вопросах экономики. Заявление экспертов Merrill Lynch вооружило российских конспирологов новыми цифрами, которые, по их мнению, окончательно докажут, что Россия – это криптоколония Запада.  

Кадры решают все

А.Нагорный негативно оценивает готовность России к мировому кризису, акцентируя внимание на аспекте персоналий: "Если мировой финансовый кризис грянет, то очевидно: Россия к нему не готова и готовиться не собирается. Ибо финансовый блок правительства контролируется определенными людьми, выполняющими те установки, которые им дали еще в 1992 году. Куда им укажут из США – туда они и побегут. И пока не осуществлена чистка правительства от таких элементов, ничего не будет". А.Кобяков рассуждает о банковском кризисе в том же аспекте: "Кризис, как всегда, "в головах" - в головах менеджеров, которые упорно не желают управлять банковскими активами и капиталом по-серьезному. Ведь по-серьезному означает - "прощай, сверхприбыль", нужно довольствоваться скромными единицами процентов годовых, как у большинства солидных банков в мире. Но к этому наши "бизнесмены" не готовы".

С.Глазьев проводит сравнительный анализ: "Сравним структуру соотношения денежной массы и валютных резервов США и России. В США на один доллар в резервах 25 долларов работает в экономике. В России наблюдается противоположная картина: у нас на 1 рубль в экономике приходится 3 "замороженных" рубля в резервах. Это пример того, как из механизма экономического роста можно сделать механизм торможения. Эмиссия - важнейший механизм поддержки экономического роста путем кредитования развития экономики, превращен в тормоз. ЦБ и правительство не создают кредитные ресурсы, а изымают деньги из экономики, которая в них остро нуждается..." И также акцентирует внимание на персональном аспекте: "Слова министра Кудрина о неспособности российской экономики переварить избыток денег свидетельствуют о том, что человек просто не понимает того предмета, которым занимается. Благодаря проводимой им политике, к нам приходят иностранные деньги, так как экономика в них нуждается, а ЦБ и правительство изымают из экономики рублевые ресурсы, расчищая площадку для иностранных кредитов. И чем больше мы получаем иностранных кредитов и инвестиций, тем больше правительство забирает рублей с внутреннего рынка. И тем хуже возможности для развития нашей собственной финансовой системы".

Мониторинг внешнего воздействия

Необходимость мониторинга внешнего воздействия вытекает из осознания нестабильности мира в преддверие глобального кризиса. Петер Шолл-Латур, которого невозможно заподозрить в любви к России, считает, что "не Китай и даже не Иран, а именно Россия станет в ближайшее время полем ожесточенной войны. Ее будут рвать на части Запад, Китай и исламский мир в кровавом сражении за громадные природные ресурсы – нефть и газ". Л.Пайдиев предполагает: "Если США сумеют решить свои проблемы с помощью конфликта на Ближнем Востоке, поддержав высокий спрос на доллар и цены на нефть, то они не будут инициировать гражданскую войну на Украине, к которой все готово. Не будут устраивать и заваруху в РФ". А если США не решит свои проблемы?

"В надвигающемся кризисе наша задача - не позволить разорвать страну. Например, не допустить, чтобы сюда хлынули все полчища "трущобного люда". Да, они угнетенные и обездоленные. Но если они придут к нам, то станут обычными грабителями. И если мы будем слабыми, у нас отберут пространство и ресурсы: слабых бьют. Я глубоко убежден, что Россия может сохраниться, только занимая свое естественноисторическое пространство. Нам не нужно лишнего (лишним оказались Польша, Прибалтика, Финляндия, Западная Украина, возможно, меньшая часть Средней Азии), но и своего нельзя отдавать ни пяди", - считает А.Фурсов. И с ним необходимо согласиться. Более того, необходимо анализировать все возможные сценарии грядущего глобального кризиса. "Жесткий" сценарий: "Дефолт правительства США по долгам ударит, прежде всего, по тем странам, чьи золотовалютные резервы состоят из ценных бумаг правительства США. Т.е. Россию это касается прямо и непосредственно. Дефолт будет означать для нас:

- резкое падение фактической экспортной выручки;

- рост стоимости импорта, который у нас уйдёт прежде всего из зоны евро;

- обнуление золотовалютных резервов" (В.Тор).

"Мягкий" сценарий: "Для России, с ее зависимостью от внешнего мира, замедление мировой экономике, в первую очередь скажется на экспорте - снижение физических объемов, снижение мировых цен на сырье и, как следствие, резкое сокращение стоимости экспорта" (С.Пухов). "Увеличение американского госдолга влияет на Россию, по мнению экономистов, прямо и опосредованно. Прямое влияние состоит в том, что в случае дефолта по казначейским обязательствам Россия лишится текущих дивидендов и потеряет значительную часть резервов, которые номинированы в долларах. Опосредованно долговой кризис в США ударит по России через ухудшение экономической ситуации в странах – торговых партнерах, которые в большей степени, чем Россия, зависят от американской экономики" (М.Сергеев, А.Блинов).

Известный российский экономист М.Делягин оценивает геополитические угрозы России: "Запад прекрасно понимает: все, что он не возьмет в нынешней России, возьмут китайцы. Любой распад РФ – воплощение страшного сна Запада, когда все, что находится восточнее Урала, становится китайским. А с западными инвесторами в Сибири поступят так, как часто поступают с ними сегодня в КНР. Как? Очень культурно. Иностранцам говорят: "У вас доля в предприятии – 50 процентов, на паритетных с Китаем началах? Продайте, пожалуйста, один процент нам. По хорошей цене..." И ведь уступают просьбам! Потому что ситуация изменилась. Теперь Китай не так зависит от иностранных инвестиций. Никто ничего не конфискует – этого не нужно: просто все вынуждены работать по китайским правилам..." Делягин убежден: "Как ни парадоксально, единственным стратегическим последовательным союзником России оказываются США. США - агрессор, разорвавший за последние пять лет три страны, поднявший мировое финансовое цунами спекулятивных капиталов и загнавший человечество в глубокий структурный кризис глобализации. Но они ввязались в лобовое столкновение с исламской цивилизацией, включая формально дружественные им страны. При этом они погружаются в системное, затяжное противостояние как с крепнущим Китаем, так и со стагнирующей, но все еще мощной и стремящейся к самостоятельности Европой. В этой ситуации они нуждаются в союзниках. И Россия - как объект экспансии всех цивилизационных конкурентов США - объективно является для них одним из ключевых элементов “театра глобальной конкуренции”. Ее сохранение хотя бы в нынешнем ослабленном виде - важный фактор стабильности поддерживаемого США мирового порядка. Но это относится лишь к Бушу и его команде". Но данную позицию Делягина разделяет все меньшее число интеллектуалов. Антиамериканизм в России нынче в моде.

Рубль – надежда России

Аналитик С.Родинов убежден в том, что "без своей валюты страна всегда будет колонией. Искусственно занижать курс национальной валюты – преступление, никакой поддержки доллару или кто там будет вместо доллара – хоть евро, хоть юань. Экспорт – только за рубли. Рубль не нуждается ни в каких валютных “резервах” больше, чем торговый оборот по данной валюте за несколько месяцев. Золотовалютные резервы и Стабфонд должны быть направлены на технологическое перевооружение нашей промышленности. Центральный банк страны должен кредитовать свою страну, а не вкладывать деньги в чужие". Известный экономист С.Глазьев предлагает свой вариант ухода от кризиса. Он предлагает резко снизить долю долларов в национальном резерве и "завязать" Стабилизационный фонд на Россию; "Размещая Стабфонд в долларах, мы субсидируем военный бюджет США", – убежден С.Глазьев. И многие соглашаются с позицией Глазьева, аргументируя свою позицию тем, что меньшая часть нефтедолларов попадает в российскую экономику, а большая, что свыше 27 долларов за баррель – в экономику США и Объединенной Европы.

Другим важным шагом по Глазьеву должен стать переход на рубли при расчетах за экспорт энергоносителей. В этом случае рубль станет надежным и стабильным платежным средством. А это приведет к ситуации, когда рубль в странах СНГ станут использовать в качестве резервной валюты. Аналитик Л.Дудиева также считает, что "самая близкая перспектива для российской валюты – стать единым средством расчетов на постсоветском пространстве. Страны СНГ, до сих пор, являются крупными потребителями российской продукции. И их население уже довольно давно использует рубль наравне с долларом и евро". К.Корищенко выделяет то, что необходимо сделать России для полной конвертируемости рубля: "Есть как минимум три элемента, которые способствуют или сопровождают функционирование валюты как конвертируемой, может быть, даже резервной. Это, прежде всего, значимый объем международной торговли, то есть осуществление торговых операций за пределами данной страны с использованием данной валюты. Второе - это значимый объем осуществления платежей. И это не совпадает с первым, то есть если вы заключаете сделку в рублях, то это еще не значит, что она будет оплачена в рублях. Третье - это значимый объем финансового рынка, который связан с данной валютой. Все эти три элемента являются необходимыми. Потому, что внешняя торговля - это де-факто фундаментальная основа использования той или иной валюты - для номинирования контрактов, для фиксирования цены, для фиксирования всех взаимоотношений. Расчеты - это ключевой элемент для осуществления контракта, а финансовые рынки - это как раз то место, где размещается свободная ликвидность. Если что-то из этого отсутствует, то, к сожалению, не приходится рассчитывать на активное использование данной валюты как свободно конвертируемой".

Новые "правила игры"

В современном мире слова "побеждает тот, кто первым меняет правила игры" - уже аксиома. 26 марта 2008 года в интервью газете Monde премьер-министр Великобритании Гордон Браун проинформировал общественность о том, что он совместно с президентом Франции Николя Саркози работают "в тандеме" над реформой ООН, Международного валютного фонда и Всемирного банка. "Эти организации не отвечают больше вызовам 2008 года", - подчеркнул Г.Браун. "МВФ может превратиться в систему предупреждения кризисов, а Всемирный банк - финансировать проекты в области окружающей среды и развития", - сказал он, добавив, что "сегодня ни одна из организаций не отвечает этим потребностям". "По мнению Брауна "реформа ООН должна не только предоставить место бурно развивающимся державам, но также найти ответ на проблемы обанкротившихся государств, терпящих крах режимов, новых нестабильностей" (ПРАЙМ-ТАСС). А какое отношение данное заявление премьер-министра Великобритании имеет к России?  Самое непосредственное.

М.Хазин убежден: "Есть только один шанс избежать войны. Это поучаствовать в написании новых "правил игры", которые будут рождаться по итогам острого мирового финансово-экономического кризиса, который разразится в ближайшие годы. Именно в этом шанс современной российской элиты, именно в этом направлении должна она сегодня думать. Иначе – у нее нет будущего". Алармизм российских властей носит оборонительный характер и в нем отсутствует инновационное видение будущего России в "новом мире". Более того, третий президент России заявил в марте 2008 года в интервью газете Financial Times следующее: "Мы должны следить за стабильностью наших финансовых индексов, за сбалансированностью нашего бюджета. Мы не должны допускать непродуманных расходов, и мы должны думать о том, чтобы укреплять наш собственный финансовый рынок и наш фондовый рынок. На сегодняшний день и тот и другой являются островком стабильности в океане финансовых страстей".

"Островок стабильности" как очередная утопия

 Л.Геллер и М.Нике в книге "Утопия в России" выделяют следующие критерии утопизма: "Первый критерий – разрыв с настоящим, который выражается в более или менее радикальных формах: отсоединение, разделение, отгораживание, исключение, перепрыгивание через время (в мечтах или с помощью машины) или пространство (остров, закрытое микросообщество)..." Остров – это пространство утопической мысли. Достаточно вспомнить известное произведение "Остров Крым" В.Аксенова, повествующее о жизни в суверенной демократической республике, основанной белоэмигрантами в Крыму. Возникает естественный вопрос: почему в начале ХХI века в нашей стране вновь доминирует утопическое мировозрение?

Ответ прост. Выборы 2 марта 2008 года продемонстрировали приоритет "стабильности" над иными критериями общественно-политической жизни для большинства граждан России. Более того, массовые представления об иерархии ценностей полностью совпадают с анклавным мышлением лидеров российской власти. Для них "островок стабильности" – это некая умозрительная форма защиты от глобализации, а также от всех негативных проявлений "внешнего мира". Приоритет концепции "островок стабильности" не позволяет с беспредельным оптимизмом вглядываться в будущее России.  

Между надеждой и безнадегой

Будущее России поливариантно. В.Колташов отмечает: "В последние дни появляется много успокоительных материалов. Это только биржевой кризис, он не коснется тех, кто не владеет акциями – говорят экономисты. России ничего не угрожает у нас большой запас прочности – констатируют чиновники высшего ранга. В действительности все иначе. РФ не исчерпала еще до конца потенциал внутреннего рынка. В 2008 году действительно можно еще ожидать приток в страну иностранных инвестиций. Однако здесь стоит сравнить существующие условие с тем, что наблюдалось в России конца XIX века. Тогда также в мире отмечалось перенакопление капиталов, которые после исчерпания всех прочих рынков хлынули в Россию. Однако, произведя экономический бум, они вызвали кризис, исчерпав "последний рынок Европы". Его последствия для нашей страны в 1901-1903 годах были очень тяжелыми, в немалой степени приведя к Первой русской революции 1905-1906 годов". Колташов считает, что "Для нефтегазовой России, а значит и для нынешнего политического строя кризис может стать последним. Структурная перестройка мирового хозяйства потребует смены экономических приоритетов. Для России это будет означать конец господства сырьевых корпораций. Поэтому первыми последствиями кризиса в РФ станет ужесточение политического режима, направленное на подавление любых возмущений состоянием хозяйства и требований его переустройства, означающим также смену политического строя". А аналитик из администрации президента А.Дворкович традиционно успокаивает: "У нас достаточно умеренная инфляция, у нас стабильная экономическая ситуация, у нас такие резервы в стране, валютные, прежде всего, что оснований для кризиса вообще никаких нет. И Центральный банк совместно с правительством уверенно поддерживают стабильную ситуацию".

В.Алексеев отмечает опасность усиления "привязанности рубля к доллару. Кажется, нас ничему не научили катастрофические последствия подобной политики во многих странах Латинской Америки, и прежде всего в Мексике. Вряд ли в таких условиях правомерно ставить вопрос о полной конвертируемости рубля. Это означало бы полную привязку нашей внутренней политики к политике США, усугубление сырьевой ориентации российской экономики, снижение темпов роста и ускоренное продвижение экономики к новому дефолту". Предлагаются и панацеи для России: "Нам на ближайшую перспективу необходимо тактическое сближение не только с Китаем и формируемым им "сырьевым блоком" в составе Ирана, постсоветской Центральной Азии, Венесуэлы и "боливарианского блока", но со всей "зоной ACU", по отношению к которой рубль может играть ту же роль, что сегодня евро играет по отношению к доллару" (А.Нагорный).

Надежду на лучшее будущее вселяет следующее. В конце 2007 года мировые СМИ обошла информация о том, что "Газпром" рассматривает возможность перехода к продаже нефти и газа за рубли вместо долларов и евро. Об этом заявил 30.10.2007 года зампредседателя правления концерна Александр Медведев на пресс-конференции в Нью-Йорке. Медведев не отметил, когда конкретно компания может начать перевод контрактов на российскую валюту, заявив, что сначала эта идея должна "укорениться в массах".

Россия, один из крупнейших экспортеров нефти, уступающий по объемам поставок за рубеж лишь Саудовской Аравии, не привлекая внимания, готовится перевести расчеты по торговым операциям с нефтью смеси Ural с долларов на рубли. Однако, по мнению аналитиков и официальных лиц, такой переход займет немало времени, сообщает International Herald Trinbune. На Васильевском острове в центре Санкт-Петербурга возводится новое здание, в котором будет размещаться товарная биржа, где торговля будет осуществляться за рубли. При этом Виктор Николаев, директор петербургской биржи, заявил о том, что выход новой структуры на рынок будет постепенным и неагрессивным. Правительство не будет оказывать давление на продавцов или покупателей, с тем, чтобы они совершали сделки за рубли на бирже, даже при том, что в России государство выступает доминирующим игроком нефтегазового сектора.

Удаленная торговля через Интернет такими нефтепродуктами, как бензин или дизельное топливо, будет внедряться на внутреннем рынке в три этапа. Первыми покупателями станут государственные потребители, такие как российский ВМФ и муниципальные автобусные парки. Правительственные структуры уже получили указание к концу 2008 года покупать 15% необходимых нефтепродуктов на бирже. Кроме энергоносителей на Петербургской бирже будут торговаться фьючерсы на зерно, сахар, минеральные удобрения и цемент – все контракты будут номинированы в рублях.

Необходимо отметить, что на Западе реакция на процесс обретения Россией реальной экономической самостоятельной негативная. Но и в самой России многие не в восторге от начала процесса самозащиты страны от грядущего мирового кризиса. Приведем наиболее яркое высказывание: "Торговля нефтью - это огромная, столетием созданная инфраструктура, это интересы множества разнородных игроков: США, ЕС, Ирана, Саудовской Аравии, Китая, Венесуэлы и проч. Зачем вам нужен этот, простите, геморрой за рубли? Что нам за прибыток с этого? Одни проблемы!" (Н.Кащеев). Известный российский интеллектуал А.Фурсов концептуально выделил следующее: "Мелкий лавочник может думать только о лавочке и гешефте, стратегия же предполагает, во-первых, умение слышать Музыку Сфер, Музыку Истории, во-вторых, трагическое мироощущение - необходимое условие самостояния большого государственного деятеля". И с данной позицией необходимо согласиться.

В.Третьяков начал свой концептуальный труд "Бесхребетная Россия" со следующих слов: "Надо называть вещи своими именами: и коллективное, и индивидуальное сознание российской элиты охвачено смутным предощущением более или менее близкого конца России. Даже поверхностно анализируя сферы, формы и направления активности этой элиты, к иному выводу прийти нельзя. Расчет на то, что в конечном итоге все зависит не от элиты, а от народа, общественных масс, витальной силы нации, не должен никого успокаивать".

Проявляет ли обеспокоенность народ? В первые месяцы 2008 года большинство граждан России, безусловно, обеспокоены ползучим ростом цен на продовольствие. Но они пока не замечают приближения мирового кризиса, который гарантированно и жестко затронет и Россию.  Поглощение банка Bear Stearns продемонстрировало всем объективным наблюдателям, что "огонь финансового кризиса" уже невозможно скрыть. Но граждане России привычно пытаются увидеть желаемое будущее в экранах своих телевизоров. А это значит, что к новому 1998-му году уже почти все готово.  

По теме "Первая глобальная Великая депрессия":

Кризис мировой (долларовой) валютно-финансовой системы, мультивалютный мир и Первая глобальная Великая депрессия ХХI века (http://www.polit.nnov.ru/2008/02/16/dollcrismulti/)

Дата грядущего мирового кризиса и "продовольственная инфляция" (http://www.polit.nnov.ru/2008/03/12/crisisdate/)

Третья американо-китайская война и Первая глобальная Великая депрессия ХХI века (http://www.polit.nnov.ru/2008/01/19/warusachina3/)

Спекулятивный капитал, деривативы, хедж-фонды и Первая глобальная Великая депрессия  (http://www.polit.nnov.ru/2007/11/26/greathedged/)

Глобальная инфляция, "единственное в мире месторождение долларов" и Первая глобальная Великая депрессия ХХI века (http://www.polit.nnov.ru/2008/02/12/globinflation/)

Глобальные надгосударственных институты и их легитимность в преддверие Первой глобальной Великой депрессии  (http://www.polit.nnov.ru/2008/02/20/globinstitutes/)

Эпоха высоких цен на нефть и Первая глобальная Великая депрессия ХХI века (http://www.polit.nnov.ru/2008/02/22/crisisnaftahigh/)

Нефть как индикатор Первой глобальной Великой депрессии ХХI века (http://www.polit.nnov.ru/2008/01/09/naftaindicator/)

Финансовое цунами и Первая глобальная Великая депрессия  (http://www.polit.nnov.ru/2007/11/20/fintsunamy/)

Третья мировая война или Первая глобальная Великая депрессия  (http://www.polit.nnov.ru/2007/11/06/crisiswar/)

Новая Великая депрессия  ХХI века в высказываниях современников. (http://www.polit.nnov.ru/2007/10/30/newcrisisworld/)

Символ "Великая депрессия" и неизбежность "кастового самоубийства" финансистов в ХХI веке. (http://www.polit.nnov.ru/2007/10/23/symbolgreatdep/) (Символы и знаки ХХI века - часть 14)

"Динар залива", золото, энерговалюта и вектора в мультивалютное будущее после Первой глобальной Великой депрессии ХХI века (http://www.polit.nnov.ru/2008/01/15/multigcconsens/)

Долг США, слабый доллар, и легитимность доллара перед Первой глобальной Великой депрессией ХХI века (http://www.polit.nnov.ru/2008/02/08/dollarglobdolg/)

Мировой кризис начала ХХI века в высказываниях современников (http://www.polit.nnov.ru/2008/01/29/crisisalarm/)

Банковский кризис и "мировая финансовая архитектура" (http://www.polit.nnov.ru/2008/03/26/crisbankglob/)

© 2003-2019, Независимое Аналитическое Обозрение
При любом использовании информации ссылка на polit.nnov.ru обязательна