Независимое аналитическое обозрение

    БЛИЦ-ОПРОС

Чем, на ваш взгляд, увенчается политика санкций Запада в отношении России?

Результаты опросов

Нижний Новгород Online - Нижегородский городской сайт
nnov.ru - доменная зона Нижнего Новгорода
© 2003-2021, Martovsky
Главная > Аналитика

04.06.2009 Государство в начале ХХI века в высказываниях современников (Россия в начале ХХI веке - часть 29)

Автор: Маслов Олег Юрьевич

"Ничего другого объединяющего в

 ближайшей исторической перспективе для

России не предполагается. Нам

действительно нужно сохранить большое

доставшееся нам в наследство государство –

государство с множеством проблем, но в то

же время с огромным количеством

возможностей"           (Д.Медведев)

"Русский народ беззащитен перед

государством"             (М.Делягин)

"Деньги покончат со всем, что может им

помешать, включая государства, которые они

мало-помалу разрушают. Став единственным

законом в мире, рынок сформирует

гиперимперию, необъятную и планетарную,

создающую огромные состояния

и ужасающую нищету"     (Ж.Аттали)

"Мы приняли вполне приличный

современный закон об основах

государственной службы, приняли законы о

различных видах государственной службы, и

эта работа продолжается, там довольно много

новелл"                                 (Д.Медведев)

"Революция - это расплавленная

государственность. Государство – это

застывшая революция"  (Д.Мережковский) 

"Ничто не вечно под луной", - утверждал Шекспир, и с ним можно согласиться. В мире нет ничего неизменного. Динамика изменений такова, что многие представления, символы и слова, в ходе естественного и не вполне естественного мутагенеза, приобретают иной смысл. Изменяются основы жизни человека. Изменения затронули и государство. Что представляет собой государство в начале ХХI века?

Государство в начале ХХI века – что это?

А.Неклесса отмечает: "Национальная государственность - дитя своего времени, эпохи Модернити, имеющая в основании феномен городской, коммунальной культуры (бюргерство, гражданство), тогда как, скажем, мозаичная, слабосвязанная государственность, основанная на отношениях вассалитета или цеховой культуры, была характерна для феодального общества (где вассалитет и принадлежность к сословию заменяли гражданство). Также и имперская (универсалистская, синкретичная) форма государственности переживала в различных исторических обстоятельствах собственные коллизии, с последующей фрагментацией перерождаясь в государственность национальную". Историк Д.Галковский придерживается близкой позиции: "В ХVII веке в Европе началась фаза централизованных государств. В ХVIII веке всех, кто не успел забежать в государственную раковину, смело смерчем. В начале ХХ люди сидели в блиндажах, смотрели друг на друга через окуляры перископов. Сейчас фаза национальных государств заканчивается. Впереди мировое правительство и вновь господство отдельных субгосударственных кланов, компаний, сект и т.д".

Можем ли мы сегодня говорить об естественно-историческом отмирании государства?

 Процесс глобализации и эрозия государства

С.Батчиков выделил существенное: "Для глобализации нет своих стран, а есть всемирное племя-каста "новых кочевников" и всемирные туземцы. Произошел отход искателей денег от правовых норм, на которых держалось прежнее мироустройство, при котором человеческий род был организован в народы, а их права и обязанности, соединяющие людей в общества, были оформлены как национальные госу­дарства. Врагом и объектом ненависти глобальных кочевников является любое национальное государство — кроме "империи золотого миллиарда". Ю.Рубинский, директор Центра французских исследований Института Европы РАН, отметил: "В последней трети XX века тенденция к неуклонному росту роли государства сменилась ее постепенной эрозией как сверху под влиянием глобализации мировой экономики и региональной, особенно европейской, интеграции, подтачивавших принцип национального суверенитета, так и снизу ввиду расширения регионализации. Все больше государственных функций переходили к местному самоуправлению, неправительственным организациям, транснациональным корпорациям, общественным движениям".

В.Сараев и И.Подоляк акцентировали внимание на следующей закономерности: "Глобализация мирового рынка - это фактически процесс реструктуризации "мира ТНК". Для транснациональных корпораций, имеющих единый центр руководства и действующих во многих странах с целью извлечения прибыли для своих владельцев, национальные рынки узки, а государственные границы являются преградами, мешающими максимизировать норму прибыли на вложенный капитал. В практическом плане глобализация означает, прежде всего, уменьшение барьеров между экономиками и открытие отраслевых рынков, в первую очередь, минерально-сырьевых. Она способствует появлению новых глобальных игроков (международные финансовые структуры, ТНК и т.д.), устанавливающих новые "правила игры". Порой - в противовес тем, которые задают государства".

Л.Евстигнеева и Р.Евстигнеев предположили, что "в известном смысле мировой рынок поглощает государство, используя элементы государственного управления (налоговую, кредитно-валютную, таможенную политику, механизмы регулирования цен, режим поведения внутренних и внешних инвесторов, финансово-денежную стабилизацию, структурную политику и т.н.) в качестве факторов системной конкуренции". О.Неменский считает, что "глобализации власти сопутствует и глобализация идеологии. Суверенитету отдельных стран здесь уже нет места". Неменский подчеркивает: "Понятие суверенитета перестаёт быть абсолютным и поначалу заменяется понятием "мягкий суверенитет", а потом и вовсе отменяется. Знаковыми стали слова Генри Киссинджера, когда он в 2003 году заявил о "смерти Вестфальской системы" и о бессмысленности идеи государственного суверенитета. Идеология защиты прав человека глобальной властью во всём мире требует введения в международную жизнь принципа "управления глобальной безопасностью". Безопасностью наций, но всё более — безопасностью человека".

Естественно-историческое отмирание государства?

Экономист О.Григорьев считает, что "вторая половина XX столетия – это время кризиса традиционных национальных государств". Э.Хобсбаум придерживается аналогичной позиции: "По мере того как транснациональная экономика укрепляла контроль над миром, она подрывала основы существования основного и с 1945 года универсального института международной политики — территориального государства-нации". М.Делягин подчеркнул: "Государства и глобальные корпорации как субъекты глобальной политики все больше уступают свою ведущую роль разнообразным глобальным сетям - в высокой степени неформальным структурам, объединяющим элементы государственного управления, в том числе спецслужбы, гражданского общества и глобальные корпорации (или их элементы), причем влияние и интересы последних отнюдь не обязательно преобладают". 

Академик РАН С.Глазьев считает: "Международному капиталу государство не нужно. Государство нужно национальному капиталу. Но для США, где капитал очень велик, но по своему абсолютному размеру, где, скажем, любой отдельный американский крупный банк примерно раз в пять превышает все банки Российской Федерации вместе взятые, то есть для такого сверхкрупного глобального капитала государственные границы, действительно, не нужны. Американцам нужно было государство в начале прошлого века, когда США вставали на ноги. 200 лет назад они просили Россию о помощи, когда англичане пытались не допустить независимости США. Когда американский капитал в течение примерно 150 лет вставал на ноги, у американцев была доктрина протекционизма. Они защищали свою экономику, устраивали таможенные барьеры с Европой. Кстати сказать, главной причиной войны за независимость было стремление американцев ввести пошлины против английского чая".

Государство как исчезающий Левиафан

Е.Карамышев выделил следующее: "В либеральной идее ("выиграет сильнейший", "человек  человеку волк") государство представляется Левиафаном, библейским чудовищем, похожим на  крокодила. Образ государства как Левиафана ведет свое начало с 1651 года от Томаса  Гоббса, отца-основателя либеральной идеи государства. Граждане-хищники вынуждены отдавать  часть своих прав Левиафану, чтобы он смог защитить их имущество от таких же хищников как  они сами и от орд неимущих. Главная задача Левиафана - поддержание неких общих правил игры  между гражданами, на которые граждане согласились, и которые вносят ограничения в методы  «войны всех против всех». Мир без государства представляется непрерывным кровавым  побоищем. Граждане, наделив особыми правами чудовище-Левиафана, государство, зорко следят  за ним, ибо Левиафан по самой природе своей пытается захватить власть целиком, сделать  граждан своими рабами. Поэтому к страху перед "другими" добавляется еще и страх перед  своим защитником от "других", перед Левиафаном".

А.Елисеев отметил: "Взрывоподобное возникновение огромного количества независимых стран на месте бывших великих империй, а также стремительная эмансипация полуколоний, дискредитирует саму идею государства, обесценивает ее... необходим некий надклассовый регулятор, который смог бы возвышаться над классовым эгоизмом общественных групп. Таковым регулятором является государство. В противоположность обществу оно есть сила политическая, сосредоточенная на подчинении, арбитраже и защите. Государство имеет право решать судьбу других людей, причем делать это открыто и законно. Лишь оно может применять легитимное и оправданное насилие – вплоть до лишения человека свободы и жизни. Это говорит о том, что государство, несомненно, выше общества, а политика выше экономики". А.Филиппов выделил существенное: "Аристотель говорил, что люди соединяются в государства не просто ради жизни, но ради благой жизни. Уводя это простое соображение на периферию дискуссий, мы оказываемся теми, кто равнодушен к гражданской свободе, к идее блага, к разумному рассуждению о наилучшем правлении. В Греции их называли варварами, варвары же по природе — рабы".

Государство на сегодняшний день – это исчезающая форма самозащиты граждан. И это характерно не только для России. С.Кургинян убежден, что "нельзя объединить Европу, не разрушив национальные государства.. сегодняшняя фаза системного кризиса — тут я уже перехожу к актуальным вещам эпохи Путина — означает кризис самой национальной государственности как таковой. И недаром все чаще и чаще появляются некоторые намеки на то, как именно это будет распадаться ". С.Кордонский считает, что "в отношениях с транснациональными корпорациями многие государства уже не существуют. И некоторые государства, недавно присоединившиеся к блоку НАТО, тоже в некоторых отношениях перестали существовать". 

Генезис российского государства

М.Ремизов считает, что "все государства СНГ возникли как пустотные государства без народов (в лучшем случае, с "династиями", как Азербайджан, но этого мало...). Т.е. с самого момента своего рождения оказались в ситуации кризиса легитимности (не власти, а самой государственности)". А.Дугин подчеркнул одну известную позицию: "Я беседовал с Ходорковским перед его посадкой. Он говорил мне, что с государством все закончено, с национальными структурами - тоже. По его словам, в наше время национальное государство - это бесконечно малый экономически элемент, лишь нелепая преграда для глобальных транснациональных сетей". А.Кох напомнил: "Ходорковский всё время бравировал двумя тезисами. Первый: "Если бы у нас было государство, я бы давно уже сидел в тюрьме". И второй: "Моё – это моё, а твоё – давай разговаривать". Именно это позволяет многим аналитикам позиционировать 2003 год в формате решительного поворота к сильному государству.

Либеральный экономист В.Мау подчеркнул: "Либеральные реформы были начаты в России на рубеже 1991–1992 годов в отсутствие не то что сильного государства, а государства как такового: СССР уже не было, а российский суверенитет существовал только на бумаге". Е.Гурвич отметил: "Сильное государство – это государство, которое делает, что хочет и на международной арене, и у себя дома. У нас представление о сильном государстве традиционно именно такое, и я боюсь, что сейчас у нас рецидив восстановления сильного государства в этом его варианте". Таким образом, мы можем констатировать, что либеральные реформы предшествовали созданию российского государства. Генезис российского государства – это путь от слабого государства, рожденного либеральными реформами, до сильного государства конца нулевых годов, теряющего уважение собственных граждан.

С.Батчиков отметил следующее: "Особенностью России является и то, что трансформация государства в сословную корпорацию сопровождается попытками философского оправдания этого процесса. Идеологи руководящей и направляющей силы нашего общества — "Единой России" заявляют, что суверенитет — это политический синоним конкурентоспособности. Но государство, для которого конкурентоспособность становится синонимом суверенитета, мыслит именно как корпорация. То, что не способствует конкурентоспособности (например, забота о людях, которых реформа выкинула из общества), из функций такого государства исключается". М.Малютин предположил, что цель данного генезиса "демонтировать остатки советского социального государства, как нерентабельные - ликвидировать науку, образование, культуру. Но оно и понятно, потому что население с советским высшим и даже с советским средним, и с полученным в этот переходный период высшим и средним, никогда не признает эту общественную систему нормальной".

А.Дугин сформулировал следующее: "Нет ресурсов. Запад давит, он сильнее. Китайцы идут. Об этом, собственно говоря, мы всегда и предупреждали, что придёт такой момент. Вот он и приходит. И тут уже не о государстве речь. Государство не самоцель и не самоценность. Если государство лишено высшей миссии, то оно становится бессмысленным и отвратительным. Таким, как сегодня". И с данной позицией согласны в России многие. Анат.Уткин отметил еще один формат генезиса: "Инфляция и удары нового российского государства в 1992 и 1998 годах, приведшие к потере веры в государственную честность, уведшие миллионы россиян за грань бедности, в не меньшей степени деморализовали население. Исконная вера в “царёву правду” подверглась всеобщему крушению; неплатёж зарплат и пенсий подорвал всяческое доверие к главным социальным институтам. И при этом беспардонное самоутверждение “новых русских”, потрясённых возможностью построения отдельно взятого материального рая, жизни на импортных колёсах, отдыха в запретном прежде мире, слома традиций бытовой морали, создало явственное олицетворение торжествующего порока". К.Уифер высказал предположение, которое может сбыться в ходе длительного кризиса: "Дело в том, что государство просто делится с населением тем, что можно назвать "природной рентой". Поэтому когда "природная рента" иссякнет, у населения возникнет негативная реакция, ведущая к политической нестабильности.

В.Карпец выделил существенное: "Ключ к уразумению" большинства новейших военно-политических процессов мы также не найдем в деятельности государств. И государства – в том числе российское – оказываются абсолютно бессильны, действуя вопреки своим собственным интересам, даже личным интересам "правителей", не говоря уже о собственных народах. Они сами создают себе могильщиков и могилы – не могут не создавать". А.Филиппов, анализируя интеллектуальные игры российских властей в суверенную демократию, иронично отметил: "Старого суверенитета, которым грезят изоляционисты и консерваторы, больше нет и не будет, — говорят просвещенные авторы. — Само это понятие стало архаичным в современном мире. Делать ставку на укрепление суверенитета государства в эпоху глобальных взаимозависимостей просто нелепо". И данной позиции есть объяснение. Из понятия "государство" все больше исключается "народ". 

Государство и народ или в чем сила государства

Аналитик В.Жевнеров выделяет существенное: "Государство – это, прежде всего, его граждане. Люди. Их прошлое – это история государства. Их культура – культура государства. Их благосостояние, физическое состояние и моральные ценности, духовное и интеллектуальное развитие определяют настоящее государства. Их планы и устремления – это будущее государства". А.Володин подчеркнул: "Неолиберальная парадигма фактически освятила уход государства не только из сферы предпринимательства: согласно правилам "вашингтонского консенсуса", государство лишалось значительного объема полномочий в области защиты национальных рынков и национального предпринимательства, регулирования финансовой системы, происходил быстрый демонтаж сферы социальных услуг и социальной защиты массовых слоев населения".

На Интернет-ресурсе ФОРУМ.мск отметили следующее: "У России нет союзников за рубежом - к этой мысли мы уже привыкли. "У России нет ни одного союзника внутри страны" - предстоит ли нам теперь привыкнуть ещё и к этой мысли?... На фоне этой тотальной мафизации делового сообщества, рядовое население всячески притесняется и показательно унижается, в том числе самим государством, и даже в судах. Это делается с целью демонстрации невозможности изменения существующего порядка. Чтобы загнать гнев народа поглубже и обратить на самого себя. Только такой "холодной" гражданской войной можно предотвратить горячую. В этом деле СМИ должны всячески раздувать комплекс вины у всего населения, за молчаливую поддержку развала СССР. Отсюда эта всеобщая телевизионная ностальгия по прежним временам". М.Делягин отметил следующую закономерность: "Чем слабее общество, тем шире поле деятельности государства. Поэтому оно постоянно испытывает соблазн ослабить общество ради сохранения или даже расширения своего влияния, что ведет к неэффективности и проигрышу во внешней конкуренции...Во внешнем мире государство должно реализовывать интересы бизнеса как более активного и творческого элемента общества, всячески поддерживая и частично направляя его экспансию. Внутри же общества оно должно поддерживать в первую очередь население...". В.Цымбурский выделил особенности государственности в России: "Трудовой кодекс, жилищный кодекс, монетизация льгот — все реформы социальной политики направлены на  то, чтобы расторгнуть те остаточные обязательства между элитами и населением, которые и  образуют государственность".

В чем сила государства? Клиентела, а также интеллектуалы с архаичным мышлением убеждены в том, что сила государства в лидере. Так, в одной из тысяч статей, призванных убедить народ в необходимости и неизбежности третьего срока президента Путина, было написано следующее: "Государство в условиях системного кризиса может стать действительным субъектом выживания и развития, если есть лидер, способный сформулировать стратегическую линию. Если этот лидер опирается на команду, осознающую нынешний кризис именно как системный и чувствующую все острее и острее угрозу дефицита исторического времени...Что есть на сегодняшний день? Есть лидер, который сам смог сформулировать долгосрочную стратегическую линию" (Ш.Султанов). Но есть и иные позиции. Л.Пайдиев сформулировал то, что начинают осознавать многие в ходе текущего мирового кризиса: "Сила государства не в том, кто голосует за первое лицо. А в количестве тех, кто придёт на его защиту в кризисную минуту".

Русский народ без государства

А.Дугин отметил следующее: "Русские - неудачники модернизации, у которых отняли государство, империю, промышленность, социальную защиту, национальную гордость? Русские от Путина пока ничего не хотят, они хотят, чтобы их хотя бы на время оставили в покое. У них есть ясность в том, чего они не хотят. Им не нужны ни архаики с их "Аллаху акбар", ни постмодернистические выходки Ходорковского или Грефа. Но они не знают, что им нужно. Поэтому они дают Путину наказ: пойди туда - неизвестно куда, сделай то - неизвестно что". Митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл отметил несколько лет назад: "Уважение национальных традиций различных народов при равенстве их гражданских прав и ответственности – краеугольный камень традиционной русской государственности. Россия по праву считается одной из крупнейших и уникальных мировых цивилизаций. Её государственный суверенитет всегда был един и неделим для всех проживающих на её территории народов и никогда не размазывался на «национальные суверенитеты» отдельных субъектов. Государственное строительство в России не делило её коренные народы на "титульные" и "нетитульные", но одновременно исходило из признания неоспоримого факта стержневой роли русских в сохранении устоев Российского государства и права проживающих на её территории различных наций и этносов на развитие своих национально-культурных традиций".

П.Святенков отметил: "Россия как национальное государство пока не удалась. В отличие от окраинных народов бывшей советской "империи", русские не создали национального государства. Официальная концепция нынешней российской власти — "многонациональность". Россия остается последним осколком, лимитрофом Советского Союза. Только здесь ленинская национальная политика действует в прежнем объеме и приносит прежние плоды, постоянно ставя хлипкое государство на грань распада". А.Аузан считает, что "для нынешней сырьевой модели две трети населения России представляют собой избыточное население". В.Махнач некогда сформулировал следующее:усские в неволе не рождаются". Эту фразу часто цитируют демографы, объясняя темпы вымирания России.

А.Ходов выделил существенное: "Этническая самоидентификация у русских в отличие от подавляющего большинства иных этносов замыкается не на прочих представителях собственного этноса, а на Государстве Российском. При потере связи с упомянутым государством эта идентификация исчезает вовсе. Именно поэтому эмигранты русского происхождения не образуют стойких диаспор, а неизбежно ассимилируются за пару тройку поколений". Определенную надежду подал длительное время живущий за пределами России В.Буковский: "Сегодня на самом деле русские все более превращаются в диаспору - те, кому надоело доказывать свои естественные права ничуть не изменившимся чиновникам и надзирателям. И это та же самая, открытая Ключевским, русская традиция побега от власти - только выплеснувшаяся уже за пределы России. Сейчас в Америке и Германии и в индустриальных центрах, и в студенческих городках уже огромная русская диаспора, миллионы людей. Даже здесь, в Англии, которая считается "дорогой страной", в середине 70-х, когда я сюда приехал, жило всего 200 русских, а сейчас по неофициальным подсчетам на нашем старом острове поселилось до 300 000 граждан из всех республик бывшего СССР! В Лондоне издаются три русские газеты, есть своя радиостанция, православные приходы по всей стране".

Персональный состав государства

Р.Шайхутдинов отметил: "Что понимает наша власть под властью, таковой не является. Большинство наших философов, социологов, политологов путают государство и власть, то есть они два этих разных понятия склеивают, считая, что власть - это и есть государство". Известный в прошлом политик Г.Явлинский некогда выдвинул тезис о приватизации государства: "Клан старых олигархов, который заменил политику подковерными интригами, манипулированием, фальсификацией выборов, коррупционным разложением всех ветвей власти, и в итоге, привел нынешнего президента в Кремль, пытается сейчас представить себя "демократами". А клан новых олигархов, продолжая точно ту же политику, но в интересах другой группы лиц, называет себя "государством"... У нас сейчас появились некоторые граждане, которые определили себя почему-то государством. Они считают, что если вы их любите, то вы любите свою страну". Можно ли определить персональный состав приватизированного государства? Изменение Конституции РФ позволяет нам это сделать.

Президент РФ Д.Медведев заявил: "Конституция и есть специальная договоренность между государством, с одной стороны, и гражданами этого государства, с другой стороны". Таким образом, изменения, внесенные в действующую Конституцию РФ в аспекте срока президентства и срока полномочий депутатов Государственной Думы, позволяют нам выявить персональный состав Государства Российского начала ХХI века в соответствии с Главой 9 Конституции РФ. Это президент РФ, депутаты Государственной Думы и Совета Федерации, плюс депутаты высших представительных органов всех субъектов федерации.

Признаем, сто "специальная договоренность" между государством и гражданами была изменена без учета мнения граждан.    

Российское государство в перекрестке мнений

Президент РФ Д.Медведев: "Государство - не только политическая машина, это такая форма организации жизни, которая основана на государственной власти и опирается на закон. А гражданское общество - это человеческое измерение любого государства". Э.Поздняков солидаризируется с данной позицией: "Государство представляет собой форму политического устройства общества. То есть сам факт бытия государства является одновременно свидетельством существования и гражданского общества. Этого многие нынешние теоретики никак не могут усвоить". В.Сурков считает, что "государство – это способ самоорганизации общества. Когда говорят о противоречиях бизнеса и государства, это глубочайшее заблуждение. У бизнеса противоречия с обществом, потому что чиновник воспринимает сигналы от общества". Тележурналист М.Леонтьев считает, что "государство - это в первую очередь легитимная, то есть законная в полном смысле слова власть, и легитимная - законная собственность... У нас вегетарианское государство".

В.Никонов акцентировал внимание на атрибутах государства: "Путина отличает очевидный акцент на укрепление непосредственных атрибутов силы государства - армии, спецслужб, правоохранительных органов". Р.Шайхутдинов считает, что "президенту надо идентифицировать себя не с государством, а с народом, то есть делать то, что всегда делал царь. Очень многие, в том числе, вероятно, и сам Путин, считают, что он лишь высший чиновник, что он отвечает не за жизнь народа, а за «властную вертикаль». Но это не так. Власть отвечает за целостность и полноту жизни страны и в стране, а не за государственную бюрократию". 

 А.Севастьянов выделяет разность позиций националистов и патриотов: "Для националиста первична нация в этническом смысле, а государство вторично, а для патриота — наоборот, для них первично государство". М.Ходорковский убежден, что "сегодняшняя модель государства создавалась под одного человека - Бориса Ельцина, который в какой-то момент захотел принимать важнейшие решения независимо от настроений народа и состава законодательной власти, от результатов парламентских выборов. Но сегодня эта система полностью выродилась. У нас есть президент, который формально отвечает в стране за всё, за каждый не забитый гвоздь, и – море, так называемая "политическая элита", которая не отвечает вообще ни за что".

Смерть патерналистского государства

В.Нифонтов отметил: "Традиционная для России патерналистская государственная система была снесена, а на её место пришло нечто, чему до сих пор нет рационального объяснения..." В.Найшуль считает, что "у нас в государстве почти ничего нет. Оно все состоит из огромных проблемных зон, в которых ничего не сделано". Е.Гурвич выделил особенности представлений о патернализме: "Другая точка зрения заключается в том, что государство обязано решить все наши проблемы, и при этом совершенно теряется связь между тем, какие ресурсы  поступают государству и что возникает в результате. Во всем мире понимают, что государство перераспределяет доходы: мы платим государству налоги, а оно потом на них содержит полицию, платит пенсию. В сознании наших граждан такой связи нет, и они одновременно выступают за снижение налогов и против снижения пенсий, против отмены дотаций на коммунальные услуги. Каким-то образом это совмещается в сознании наших людей, так что мне кажется, что первая мини-задача — это создать адекватную модель отношений общества и государства хотя бы в головах у людей, а потом уже в жизни".

Позиция президента России Д.Медведева известна: "Надо честно признать: государству в одиночку не справиться с бедностью. Кроме того, это закрепляет вредные патерналистские подходы в головах у людей. Я бедный, сирый, пусть государство мне поможет. Бизнес не для меня, а для кровососов-предпринимателей. С подобной психологией мы будем бороться". Либеральный политик В.Рыжков развил мысль Медведева: "В России необходимо провести революцию в образовании: еще со школы человеку должны внушать, что он сам должен зарабатывать на жизнь, а не надеяться на государство". В ходе текущего кризиса антипатернализм становится все более изощренным: "Забота о трудовом народе из российских властей попёрла нынче активно, разнообразно – и весьма креативно: так, известный губернатор Россель посоветовал сокращаемым металлургам ловить рыбу и собирать грибы – ну как не умилиться при таком выражении державной доброты" (С.Егишянц).

Концепция "одноразового государства" Г.Павловского

В работе "Ключевые концепции и интеллектуальные символы перед распадом СССР" отмечалось, как, казалось бы, маргинальные идеи привели к распаду СССР. Представляется, что концепция одноразового государства обладает мощным разрушительным потенциалом. Концепция "одноразового государства" широко обсуждалась лишь в "узких кругах" российских интеллектуалов, анализирующих инновации в сфере интеллекта. Политолог А.Зудин в 2008 году легализовал данную тему.      

Зудин заявил следующее: "России больше не нужна одноразовая государственность". Интересен контекст идеи Зудина: "Время монархов прошло – его отменила великая российская революция начала прошлого века. Но точно также и прошло время непогрешимых вождей. России больше не нужно одноразовой государственности, которая совпадает с телом очередного непогрешимого вождя. России нужна государственность, способная пережить ротацию власти, и меняться сообразно с требованиями времени. На мой взгляд, именно это является концентрированным общественным запросом к власти, а не увеличение или уменьшение количества людей, выступающих за то, чтобы оставить Путина на посту президента России. И, как мне кажется, президент, который принял решение уйти, несмотря на свою оглушительную популярность, адекватно прочитывает этот гражданский запрос к власти" (28.06.2008). Политолог позиционирует популярность в формате связи власти и народа. Отталкиваясь от этого, и проанализируем концепцию "одноразового государства". 

Для того, чтобы объективно оценить народ как субъект политики, необходимо объективизировать статус народа в рамках его отношения к государству. Представляется, что точку зрения российской федеральной власти на народ наиболее емко выразил известный прокремлевский политолог Г.Павловский в лекции, размещенной на Интернет-ресурсе Полит.ру,  Данная лекция получила широкую известность из-за ряда эпатажных заявлений Павловского, в том числе, знаменитого заявления о том, что "нет никакого народа".  Но эпатажные заявления являются, скорее всего, "вершиной айсберга", призванной скрыть основные концепты, претворяемые в общественно-политической сфере с упорством, достойным лучшего применения.

Многие российские эксперты искренне считают Г.Павловского "Жириновским российской политологии" из-за его склонности к эпатажным заявлениям. Достаточно вспомнить его знаменитое: "Власть всегда оккупант". Но, так как именно данному политологу приходится озвучивать и оправдывать наиболее одиозные инициативы федеральных властей, а также то, что Павловский столь длительное время находится в фаворе у федеральной власти, позволяет широкому кругу экспертов считать его позицию позицией федеральных властей.

В чем заключается обоснование того, что "нет никакого народа"? Основная мысль Павловского заключается в том, что народ в России непосредственно не участвовал в создании нынешнего государства: "Народ является источником власти в Российской Федерации. Учреждал Российское государство в 1991 году, как мы хорошо помним, точно не народ — это были люди без мандата народа на эти действия. Так сложилось: мы имеем государство de facto. Но в момент сразу после учреждения сложилась политическая нация, которая дальше существует как избиратели, граждане в своей системе государственных институтов, при наличии института власти. После того, как государство учреждено, говорить о народе означает переходить в какое-то другое пространство, сказочное, мифологическое. До учреждения следующего государства. В промежутках есть граждане, избиратели, социальные партии — нет никакого народа. Я не знаю, кто это".

По логике Г.Павловского государство де-факто создано в декабре 1991 года после распада СССР. А народ был  призван в декабре 1993 года для легитимизации благоприятного для победившей в стране силы формата государственной власти и общественно–политических отношений. Павловский считает, что народ возникает лишь для легитимизации новых вызревающих общественно-политических отношений и сразу после принятия новой Конституции народ как субъект политики перестает существовать. Данную систему взаимосвязанности государства и народа можно считать ключевой идеей концепции "одноразового государства", и для этого есть достаточно оснований.

В рамках концепции Павловского, народ также используется только один раз и лишь для легитимизации Конституции страны. После акта легитимизации народ не нужен. Более того, его еще надо кормить, этих пенсионеров и бюджетников. В общем, с народом одна морока. Вот и вынуждена власть минимизировать влияние народа на общественно-политические процессы в стране. Но необходимо задать естественный вопрос. А какой смысл  вкладывается в позицию "до учреждения следующего государства"? 

Из истории нашей страны мы знаем, что события 1917 и 1991 года включают в себя формат "до основания, а затем...". И строительство нового мира на обломках старого является исключительно  российской традицией. Но одно дело концепция, которая все-таки не дотягивает до теории, предлагаемая различным политологам и политтехнологам для повседневного использования, и совсем иное дело каждодневная политическая реальность, воплощаемая в различные действия федеральной властью.

Позднее Г.Павловский дополнил свою концепцию следующими идеями: "Странно, но народничество, вроде бы отмершее в позапрошлом веке, оставило некую матрицу политической философии, которая навязчиво воспроизводится всеми". Из чего сделан следующий вывод: "Выборы зря отвлекают силы и время от стабилизации власти. И все равно не несут легитимности".

Таким образом, мы можем с вами выделить три ключевых концепты Павловского:

·        "Власть всегда оккупант"

·        "Нет никакого народа... до учреждения нового государства"

·        "Выборы... не несут легитимности"

Это позволяет нам формализовать и объективизировать действия российских властей в рамках концепции одноразового государства. Данная концепция полностью объясняет, почему после трагедии в Беслане были отменены выборы глав субъектов федерации, и почему сегодня нам предлагают восхищаться "оазисом демократии в городе Сочи", а также объясняет, почему увеличены сроки полномочий президента страны и депутатов Государственной Думы. Российская власть, выигрывая сиюминутно, минимизируя свои риски в краткосрочной исторической перспективе, ведет страну к естественно-исторической  развязке – революции. Изменив Конституцию РФ, российская власть повторила ошибку Горбачева, неустанно перед распадом страны "подлаживающего Конституцию СССР под себя".

Можно предположить, что действующая российская власть не осознает реальных перспектив воплощаемой ею в жизнь концепции "одноразового государства". Тогда, какую именно концепцию она воплощает в жизнь? Неужели концепцию "социального государства"?

Что делать

Было бы наивным считать, что текущий кризис не затронет основ российского государства. Пока данные представления решительно устраняются из официально разрешенных дискурсов. Но многое уже сказано. М.Хазин считает, что "пока не появится некоторая идеология существования государства и страны в целом - ничего работать не будет. Пока идеология такая: воруй сейчас, завтра на твое место могут поставить другого вора".  С.Белковский предполагает: "Крах государственности будет ударом по всем нам. Но именно к этому краху государственности нас приближает нынешняя власть". В.Алкснис убежден: "В условиях перехода России от империи к национальному государству необходимо разработать новые правила игры, которые, в первую очередь учитывали бы интересы государствообразующего народа — русского".

П.Святенков подчеркнул: "Если нам придется восстанавливать государство, то начинать надо с установления верховенства российских законов над "общепризнанным международным правом". С.Кара-Мурза выделил существенное: "Выработка "проекта будущего" и выход из нынешнего кризиса будут происходить по мере новой "сборки" народа из большинства населения на основе восстановления его культурного и мировоззренческого ядра с преемственностью исторического цивилизационного пути России". Альтернативой этому является всемирно-историческая "программа двадцать двадцать". Такова новая реальность.

Статьи в формате "в высказываниях современников":

Распад России в начале ХХI века в высказываниях современников (www.polit.nnov.ru/2009/05/11/disintegrationRu/)

Отношения России и Запада в начале ХХI века в высказываниях современников (www.polit.nnov.ru/2009/01/20/roswest/)

Будущее России в высказываниях современников (http://www.polit.nnov.ru/2008/10/06/futurerussia/)

Мировой кризис начала ХХI века в высказываниях современников (http://www.polit.nnov.ru/2008/01/29/crisisalarm/)

Новая Великая депрессия  ХХI века в высказываниях современников. (http://www.polit.nnov.ru/2007/10/30/newcrisisworld/)

Ислам в России начала ХХI века в высказываниях современников (http://www.polit.nnov.ru/2007/10/15/ossislam/)

Исчерпанность демократии в России начала ХХI века (демократии в оценках современников) (http://www.polit.nnov.ru/2007/02/28/democracypast/)

Российская элита начала ХХI века в оценках современников (http://www.polit.nnov.ru/2006/10/09/roselitotsid/)

По теме "Россия в начале ХХI века":

Какой сталинизм нужен России в начале ХХI века (Россия в начале ХХI века – часть 28) (www.polit.nnov.ru/2009/05/03/stalinizm21/)

Легко ли переживет Россия "пятилетку" низких цен на нефть (хроника текущего мирового кризиса – 9) (http://www.polit.nnov.ru/2008/12/10/oillowtimes/)

Пять взглядов на падение добычи нефти в России (Нефть в начале ХХI века – часть 1) (http://www.polit.nnov.ru/2008/09/05/oilrussialow/)

Мировой кризис, дефолт-1998 и реальность-2008 (хроника текущего мирового кризиса - 2) (http://www.polit.nnov.ru/2008/09/29/jpmorchoobase2/)

Мировой кризис и новая энергетическая доктрина России (www.polit.nnov.ru/2009/01/03/rosenergdoctr/)

Оппозиция в России начала ХХI века в оценках современников (http://www.polit.nnov.ru/2006/12/05/opposition/)

Оппозиция в России  и выборы 2007 – 2008 (http://www.polit.nnov.ru/2007/10/16/oppositionless/)

О системе лицензирования политической деятельности в России или феномен политцензии (http://www.polit.nnov.ru/2006/11/15/politcence/)

Россия и мировой кризис: от "тихой гавани" к "вертикальному взлету" инфляции (хроника текущего мирового кризиса – 4) (http://www.polit.nnov.ru/2008/10/19/inflcrisvzlet4/)

Против кого будет воевать Россия в ХХI веке (http://www.polit.nnov.ru/2008/09/21/warrossgeo1/)

Россия начала ХХI века в преддверии мирового валютно-финансового кризиса (http://www.polit.nnov.ru/2008/03/31/crisisworldross/)

Демографическая ситуация в России и итоги выборов в Госдуму – 2007 (http://www.polit.nnov.ru/2007/12/10/demografika/)

Какой капитализм построен в России начала ХХI века (http://www.polit.nnov.ru/2007/08/20/capitalism/)

Легитимность собственности в России начала ХХI века (http://www.polit.nnov.ru/2007/04/23/legitimout/)

Имидж России и эпоха персонально-ориентированного террора (http://www.polit.nnov.ru/2006/12/13/personorienterr/)

О системе лицензирования политической деятельности в России (http://www.polit.nnov.ru/2006/11/15/politcence/)

Странные 12-летние циклы Российской истории (http://www.polit.nnov.ru/2006/09/05/uraboros/)

Трансформация политической системы страны при Владимире Путине с точки зрения стратегий менеджмента (http://www.polit.nnov.ru/2006/06/29/transform/)

Новая "внутренняя эмиграция" в России начала ХХI века (http://www.polit.nnov.ru/2006/05/23/emigration/)

Тупик для России под названием "государство–нация" (http://www.polit.nnov.ru/2006/01/19/russia/)

Новейшая политическая история России (http://www.polit.nnov.ru/2005/04/04/history/)

Глобальная энергетическая Хартия и новая российская энергетическая доктрина (http://www.polit.nnov.ru/2009/01/19/energodochart2/)

России – креатор новой глобальной финансовой архитектуры (хроника текущего мирового кризиса - 6) (http://www.polit.nnov.ru/2008/11/08/rosfinarkhitec6/

© 2003-2021, Независимое Аналитическое Обозрение
При любом использовании информации ссылка на polit.nnov.ru обязательна