Независимое аналитическое обозрение

    БЛИЦ-ОПРОС

Чем, на ваш взгляд, увенчается политика санкций Запада в отношении России?

Результаты опросов

Нижний Новгород Online - Нижегородский городской сайт
nnov.ru - доменная зона Нижнего Новгорода
© 2003-2021, Martovsky
Главная > Эксклюзив

27.06.2009 Новая геополитическая реальность: сетевые и континуальные межгосударственные союзы

Авторы: Маслов Олег Юрьевич , Александр Васильевич Прудник

"Мир, организованный в

рамках примерно дюжины

региональных объединений

обладает несомненными

преимуществами по

сравнению с конгломератом

из двухсот стран"

(А.Этциони)

"В условиях глобализации

малые страны перестали нести

в себе внутренний источник

легитимности"  (Ю.Баранчик)

Ряд событий – создание "Восточного партнерства", попытки форсировать вступление России в ВТО и ОЭСР - привлекли внимание экспертного сообщества к теме межгосударственных союзов. Признаем, что в сфере межгосударственных союзов наметился ряд инновационных прорывов. 

Новые вызовы

5 мая 2009 года – дата создания "Восточного партнерства". "Восточное партнерство – это проект ЕС стоимостью в 600 млн. евро, целью которого является установление более тесных отношений с шестью странами бывшего СССР: Украиной, Белоруссией, Молдавией, Арменией, Грузией и Азербайджаном. Для большинства российских конспирологов "Восточное партнерство" – это воплощение в реальность "санитарного кордона" вокруг России. Для радикально настроенных конспирологов – это замыкание "кольца анаконды".

Официальные российские власти отметили создание "Восточного партнерства", как недружественный акт. Президент России Дмитрий Медведев на пресс-конференции по итогам саммита Россия-ЕС заявил, что Евросоюз пока не убедил Россию в выгодах проекта создания так называемого "Восточного партнерства": "Всякое партнерство лучше конфликта, но нас смущает, что со стороны некоторых государств предпринимаются попытки использовать эту структуру как партнерство против России" (22.05.2009).

Признаем, что создание "Восточного партнерства" – это важнейшее геополитическое событие 2009 года на постсоветском пространстве. Создание "Восточного партнерства" и деструктивное решение парламента Японии по Курильским островам – это два открытых вызова России. Титанические усилия российских либералов во главе с А.Чубайсом форсировать процесс вступления России в ВТО и ОЭСР – это два скрытых вызова для России.  

   Глава Минэкономразвития Эльвира Набиуллина заявила, что начало переговоров о вступлении в ОЭСР является важным событием для России и говорит о ее стремлении интегрироваться в мировую экономическую систему. Генеральный секретарь ОЭСР Анхель Гурриа заявил, что этот шаг подтверждает стремление России провести реформу своей экономики в соответствии с международными требованиями. Предложение начать очередные реформы в нашей стране в ходе мирового кризиса очень напоминает две реформы Чубайса, проведенных в России в преддверии дефолта 1998 года. 

Формы межгосударственного сотрудничества

Очевидное ослабление ООН, как глобального органа, регулирующего межгосударственные отношения, и признаки существенного ослабления критического числа государств-наций, в рамках текущего мирового кризиса, поставили в повестку дня вопрос: какие формы межгосударственного сотрудничества окажутся наиболее эффективными в ближайшей исторической перспективе? Первые годы нового тысячелетия позволили выявить ряд специфических межгосударственных союзов.

Аналитик А.Ермолаев считает: "Инфраструктура эпохи геополитики - это экономические империи с национальной монополией, военно-политические союзы национальных государств". Ермолаев выделил существенное: сли не смотреть на мир в красках национальных государств, а представить его в свете региональных союзов, мы имеем довольно сформировавшуюся картину мира региональных экономик с политической перспективой интеграции. Здесь можно вспомнить Евросоюз, НАФТА, АТЭС, Организацию исламской конференции, южноамериканский МЕРКОСУР, ЕврАзЭС, ШОС, ОИК и другие". К данному списку можно добавить ОПЕК, ОЭСР и "ядро" ОПЕК - GCC. Для определения перспективности тех или иных межгосударственных союзов рассмотрим, какую роль выполняли данные союзы в истории человечества.

Межгосударственные союзы как этап в развитии человечества

Каждой исторической эпохе соответствовали свои специфические межгосударственные союзы. Наиболее известные союзы в ХIХ–ХХ веках – это военно-политические союзы. Достаточно вспомнить французскую систему Антант. Завершение эпохи империй и крушение колониальной системы привели к трансформации межгосударственных союзов. Великобритания не утратила связь со своими бывшими колониями в рамках своего специфического межгосударственного Союза. Но для нас сегодня представляет наибольший интерес трансформация ныне существующей системы межгосударственных отношений в нечто новое, под воздействием, как процесса глобализации, так и текущего мирового кризиса. Наиболее корректное видение представлено в книге известного американского аналитика Амитаи Этциони "От Империи к сообществу".

В рамках ответа на вопрос - удастся ли США остаться в долгосрочной исторической перспективе экономическим и идеологическим лидером и своеобразным ориентиром в глобализирующемся мире для всего мирового сообщества - Этциони отмечает, что "отсутствие глобального государства налагает серьезные ограничения на прогресс глобального гражданского общества". Сложность перехода к глобальному гражданскому обществу в рамках единого глобального государства - это видение конечной цели в рамках демократии, являющейся на сегодняшний день доминирующей в мире идеологией.

Этциони показывает путь становления глобального общества. Из рассуждений Этциони следует, что перед тем, как стать глобальным, мир пройдет через стадию больших межгосударственных союзов: "Мир, организованный в рамках примерно дюжины региональных объединений обладает несомненными преимуществами по сравнению с конгломератом из двухсот стран". С данным заключением достаточно сложно спорить. Лидерство США в значительной степени поддерживается критическим числом военно-политических и экономических союзов.

Гипотетически, межгосударственные союзы могут формироваться на различных принципах. Но тенденции очевидны. Военно-политические союзы постепенно уступают место экономическим союзам, но мир не застрахован и от ныне неизвестных форм межгосударственных союзов. И сегодня уже можно, в рамках анализа жизнедеятельности различных межгосударственных союзов, формализовать и классифицировать межгосударственные союзы по ряду признаков.

Межгосударственные союзы условно можно разделить на континуальные и сетевые.

Континуальные межгосударственные союзы

Континуальные межгосударственные союзы – это традиционные союзы государств, соединенных между собой государственными границами (континуум -  непрерывное, неразрывное, сплошное). Континуальные союзы – это союзы, складывающиеся либо в рамках экспансии доминирующих государств, либо в рамках осознания экономических выгод от добрососедских отношений. Например, ЕС, союз 25-ти европейских государств, стремящихся легитимизировать свои исторически сложившиеся отношения в формате Конституции Объединенной Европы – это континуальный союз. С известными оговорками можно признать и "Восточное партнерство" за континуальный союз. Но континуальность очевидна лишь для российской стороны.

А.Этциони отметил, что влияние крупных межгосударственных союзов на глобальную политику со временем будет только возрастать. Латинская Америка, осуществляющая ряд последовательных шагов к тому чтобы стать одним из влиятельных межгосударственных союзов (МЕРКОСУР), является подтверждением слов Этциони. Латинская Америка – это формат естественного континуального межгосударственного союза.

 А какую межгосударственную коалицию можно признать сетевой?

Сетевые межгосударственные союзы

Сетевых межгосударственных союзов на сегодняшний день нет. Сетевые межгосударственные союзы сегодня находятся в стадии проектирования. Многим государствам  необходимо  время  на  осознание  собственной выгоды от инновационных форм сотрудничества, соответствующих духу ХХI века. Необходимо отметить, что сетевые межгосударственные союзы будут формироваться не на базе отживающих свой век глобальных институтов, аналогичных ВТО, ОЭСР или военно-политических блоков с жесткими "правилами игры" для всех государств-участниц. Союзы будут возникать на условиях кооперации и взаимных гарантий. Причем, создаваясь на первом этапе как экономические союзы, со временем данные союзы станут и политическими.

В качестве примера можно проанализировать перспективы энергетических и валютных межгосударственных союзов.

Контуры энергетического межгосударственного союза

Старший экономист лондонского Центра глобальных энергетических исследований (CGES) Манушер Такин выделил особенности сетевого энергетического союза между Китаем и Венесуэлой: "Венесуэльскую нефть слишком дорого и далеко везти в Китай. Она похуже качеством, чем та нефть, которую используют на китайских НПЗ. Это все потребует дополнительных расходов от обеих сторон. Сейчас Венесуэла продает Китаю нефть с дисконтом в три доллара за баррель от рыночной цены на свою нефть, лишь бы диверсифицировать поставки. Это работает при ценах в 70 долларов за баррель, но устроит ли это Венесуэлу при 30 или 40 долларах? Экономика долгосрочных поставок нефти в Китай из Карибского бассейна довольно проблематична". 

Российский аналитик А.Кокшаров предположил следующее: "Китайцы все это прекрасно понимают, и их интерес к венесуэльсокй нефти — особого рода. Добытую нефть (а с учетом сверхтяжелой нефти и битуминозных песков венесуэльские запасы могут составлять 270 млрд баррелей — больше, чем в Саудовской Аравии) китайцы смогут продавать в Европе или США — она частично заменит развитым странам нынешние поставки из Персидского залива и ЮВА, на которые претендует Китай. Или же CNPC и Sinopec смогут заключить своп-контракты с американскими и европейскими компаниями. Конечно, для этого потребуется разрешение их венесуэльского партнера. Однако венесуэльская госкомпания испытывает острую нужду в инвестициях и технологиях и поэтому вряд ли наложит вето. Китайские компании могут предложить и инвестиции, и технологии, поэтому при желании смогут настоять на своих условиях. В результате Китай получит от Венесуэлы то, что действительно нужно его экономике — гарантии поставок нефти. Пусть и не венесуэльской".

К этому можно добавить, что появились признаки реанимации проекта строительства "дублера Панамского канала" через территорию Никарагуа. А.Чичкин зафиксировал: "Вернувшись к власти в 2006 году, Даниэль Ортега начал искать новых партнеров для строительства никарагуанского канала. В качестве возможных инвесторов назывались КНР, Венесуэла, и вот теперь речь зашла о России". Это позволяет нам увидеть контуры новых сетевых межгосударственных союзов в сфере энергетики. Не менее богатую пищу для размышлений дают и энергетические проекты России.

"Северный поток" – связующее звено будущего сетевого межгосударственного союза?

Два крупнейших российских проекта в сфере энергетики – это "Северный поток" и Южный поток". "Северный поток" (Nord Stream) должен соединить Россию и Германию. Он будет проложен по дну Балтийского моря по нейтральной территории. Трубопровод "Южный поток" (South Stream) должен соединить Россию и страны Южной и Центральной Европы. Он пройдет в Болгарию по дну Черного моря. Далее, одна ветка газопровода пойдет через Грецию на юг Италии, а вторая - через Сербию и Венгрию в Австрию. Межправительственные соглашения, которые позволят реализовать строительство сухопутных частей "Южного потока", уже подписаны с правительствами Болгарии, Сербии, Венгрии и Греции.

Строительство "Северного потока" по дну Балтийского моря может заложить основу российско-германского сетевого межгосударственного союза. Создание своеобразного "санитарного кордона" между Россией и Старой Европой из Украины, Польши, стран Балтии и примкнувшей к ним в рамках "Восточного партнерства" Белоруссии, а также "газовые" конфликты России с Украиной послужили толчком в деле ускоренного создания энергетического межгосударственного союза России – Германии.

Необходимо вспомнить, что объединение Европы началось с "Союза Угля и Стали" для того, чтобы осознать перспективу "Союза Газа и Трубы". Если к вышеизложенному добавить, что руководство России является сторонником того, чтобы Германия вошла в Совет Безопасности ООН, то перспективы политического сетевого межгосударственного союза становятся очевидными, как и перспективы возрастания зависимости Европы от поставок энергоресурсов из России в рамках среднесрочной перспективы.  

Взгляд на "сетевой" союз со стороны

Брэд Макдональд ("Trumpet", США) опубликовал любопытную статью со ссылкой на  аналитиков агентства Stratfor. Главная мысль: "Тщательно следите за немецко-российскими отношениями: похоже, что еще один пакт Молотова-Риббентропа неизбежен". Макдональд отметил следующее: "Мир унюхал российско-немецкий альянс в прошлом августе, когда Россия сокрушила Грузию, а Германия и бровью не повела". Основная озабоченность Макдональда более чем очевидна: "Цветущие отношения Германии и России развиваются параллельно с крушением американо-немецких отношений. За последние месяцы между Америкой и Германией возникло напряжение и противоречия по самым различным вопросам - от войны в Афганистане до борьбы с мировым финансовым кризисом, заключенных Гуантаномо и отношений с Россией".

Макдональд подчеркивает: "В отличие от Америки, Кремль отдает себе полный отчет в европейской истории и видит, что Германия восстановила свою позицию доминирующей державы и естественного лидера Европы. Налаживая тесные отношения с Берлином, русские создают хорошие условия для связей с политической, военной и экономической сущностью, которая будет определять будущее Европы. Сегодня Вашингтон по-прежнему задается тем же вопросом, который однажды задал Генри Киссинджер: "Если я хочу позвонить в Европу, кому мне звонить?" Кремль отлично знает ответ на этот вопрос: Именно поэтому у него есть прямая связь с Берлином!" И делает далеко идущий вывод: "Я считаю, что руководство Германии могло уже достичь соглашения с Россией и заключить современный пакт Гитлера-Сталина, согласно которому Германия и Россия разделят между собой страны и активы. Это соглашение позволит им обратить свои взгляды на другие цели".

Можно отметить, что мечты глобальных игроков о повторении событий 1914 и 1941 годов, когда Германия и Россия-СССР радикально ослабили себя в кровопролитных войнах,  действительно забавляют. Представляется, что Первая и Вторая мировые войны уже на генетическом уровне заложили у русских и немцев мощный "предохранитель". Этого, увы, нельзя сказать о поляках, так как действия их лидеров в "эпоху братьев Квачиньских" в деталях повторяли стереотипы поведения польских лидеров перед 1939 годом. 

Валютные союзы

Признаем, что принцип общей валюты является лишь формой закрепления исторически осознанного союза. Введение евро де-факто создало в Европе единое экономическое пространство, но форма политического объединения далека от совершенства, так как новая Конституция Объединенной Европы, несмотря на свою прогрессивность, вобрала в себя почти все институциональные пороки прошлого ХХ века.

В сфере международных отношений нет каких-либо ограничений. Так, например, Россия связана союзным договором и с Белоруссией, и с недавнего времени, с Узбекистаном. Данные межгосударственные союзы сложно классифицировать. Их, скорее всего, необходимо назвать вынужденными. Потребность в данных  союзах вызвана как внутригосударственными проблемами России, Белоруссии и Узбекистана, так и явными, и неявными внешними вызовами и угрозами. И если межгосударственный союз России с Белоруссией можно признать континуальным, как и союз США, Канады и Мексики в рамках НАФТА, то союз России с Узбекистаном необходимо отнести к сетевым союзам. А к каким межгосударственным союзам можно отнести ЕврАзЭС, СНГ и ЕЭП? Возможен ли в рамках ЕЭП новый валютный союз? Ответа на данные вопросы пока нет.

Сетевой Китай

В работе "Конкуренция глобальных Проектов: "Вашингтонский консенсус" vs "Пекинский консенсус" было акцентировано внимание на следующем. А.Габуев отметил особенности китайской внешней политики: "Организация "Форум сотрудничества Китай–арабские страны" возникла в январе 2004 года. Тогда новоизбранный председатель КНР Ху Цзиньтао впервые отправился с визитом в арабские страны в статусе китайского руководителя. Прибыв в Каир, председатель Ху предложил египетскому президенту Хосни Мубараку создать организацию, которая стала бы широкой площадкой для китайско-арабского диалога. Хосни Мубарак идею китайского лидера поддержал, и оба объявили о создании новой международной организации. Вскоре к ней начали присоединяться и другие арабские страны". Аналогичные отношения сложились у Китая и со странами Африки.

Немецкий аналитик У.Фризекке отметил: "В октябре 2000 года был учрежден Форум китайско-африканского сотрудничества. Его самым заметным достижением было участие глав 48 (из 54) африканских государств на саммите в Пекине 4–5 ноября 2006 года... В Германии только за последний месяц состоялось два политических семинара, где детально обсуждалась китайская стратегия в Африке. Выступая с докладом в Евангельской академии в Локкуме в рамках семинара "Нигерия: богатство превыше прав и достоинства?" (15–17 июня 2006 года), доктор Денис Тулль из берлинского Фонда науки и политики говорил о «массивном возвращении Китая на африканский континент». На 8-х Гуммерсбахеровских слушаниях по проблемам безопасности в Академии Теодора Хойса (22–24 июня) профессор Гу Цзюу из Рурского университета (Бохум) представил детальный доклад о китайском наступлении в Африке как вызове для Европы".

2008 год – это прорыва в африкано-китайских экономических отношениях. "Уже как нечто привычное и обыденное в Африке была воспринята поездка председателя КНР Ху Цзиньтао по Африке с 10 по 17 февраля 2009 года. Его посещение Мали, Сенегала, Танзании и Маврикия – в глазах африканцев очередной вояж, который высшие должностные лица Китая последние годы часто совершают по Черному континенту. Своего рода "сверка часов" по дальнейшему развитию политического и социально- экономического сотрудничества Поднебесной с Африкой. Повод был: в конце минувшего года был пройден знаменательный рубеж – в 2008 году объем товарооборота между КНР и Африкой достиг рекордных 106,84 млрд долларов, что на 45,1 проц. выше уровня предыдущего года" ("Компас").

"Пекинский консенсус" – это де-факто система последовательного продвижение двухсторонних отношений с большинством стран мира, с акцентом на крупных, глобальных игроков. Для того, чтобы отметить последовательность продвижения "Пекинского консенсуса", выделим информацию агентства "Синьхуа" о том, что Китай ведет переговоры со странами Персидского залива о создании зоны свободной торговли. Китай уже заключил соглашения о торгово-экономическом сотрудничестве с Макао и Гонконгом.

Помимо стран Персидского залива, Пекин также ведет переговоры о создании зоны свободной торговли с Австралией и Новой Зеландией. В апреле 2008 года Новая Зеландия и Китай подписали соглашение о свободной торговле между странами. Подписанный сторонами договор предполагает отмену всех таможенных тарифов между странами. Новая Зеландия откажется от них чуть раньше – в 2016 году, а КНР планирует отмену тарифов к 2019 году. Данное соглашение открывает Новой Зеландии возможность увеличить объем экспортируемой сельскохозяйственной продукции в одну из крупнейших экономик мира. Обращаем внимание на сроки введения соглашения в жизнь. Китаю спешить некуда. Его сетевая структура включает в себя и Чайна-тауны, и двухсторонние соглашения и межгосударственные союзы. Более того, "Пекинский консенсус" не обременен различными идеологическими догмами, в отличии от "Вашингтонского консенсуса".   

"Валютные зоны" – грядущая посткризисная реальность?

Текущий мировой кризис привлек внимание экспертного сообщества к перспективе перехода от единой резервной валюты к своеобразным валютным зонам. Министр финансов А.Кудрин заявил, что доллар сохранит статус мировой резервной валюты в течение 10 ближайших лет. Многие аналитики признали данный прогноз крайне оптимистическим.

Известный российский экономист М.Хазин предсказывает: "Каким бы не был грядущий кризис, спровоцированный в упреждающем порядке или грянувший сам по себе, он разрушает старую валютно-финансовую систему. А новой пока не видно. Долларовую систему делали полвека. Что будет единой мерой стоимости в дальнейшем? Золото? Наверное. Но есть и другой вариант. Например, разделение доллара на внутриамериканскую часть - пусть делают с ним все, что хотят - и на интернациональную часть, с включением туда Китая, Индии и всех остальных". Хазин считает, что при определенных условиях "западный глобальный проект распадется, а существующую ныне валютную систему на базе доллара сменит другая, состоящая из нескольких валютных зон. Их будет от трех до пяти, причем каждая будет в миниатюре повторять современную систему. В них будет единый эмиссионный центр, все остальные валюты зоны привяжут к главной зональной валюте. Обмен валют из разных зон напрямую будет невозможен — только через зональные валюты, которые, скорее всего, в рамках межзональных расчетов окажутся привязаны к золоту. Три из них основные (доллар США, евро и юань) и две виртуальные (золотой динар и рубль). Таким образом, есть вероятность, что появится зона рубля, и это будет означать по сути восстановление СССР, во всяком случае как единого экономического пространства".

Аналитик И.Бощенко допускает "такой сценарий: в недалеком будущем создаются региональные зоны со своими валютами и эмиссионными центрами. Но для расчетов между ними нужна новая мировая денежная единица. Ее создают так же, как европейские страны создали евро, а для управления новой глобальной валютой формируется некая комиссия - вместо МВФ. Старый Международный валютный фонд для этого не подходит. Китайцы знают, что в МВФ сидят представители западной финансовой элиты. А китайцам нужна своя веская доля в новом эмиссионном центре". Д.Тенненбаум опирается на идеи Линдона Ларуша: "Согласно концепции Ларуша, будущая система "Новые бретонские леса" будет многополярной системой, в отличии от теперешней коллапсирующей "униполярной", опирающейся на доллар. Она, скорее всего, возникнет как завершающий этап процесса заключения региональных соглашений в отношении валютного, экономического и торгового сотрудничества, например, между Россией и Западной Европой, между Россией, Китаем и Индией, между Восточно-Азиатскими государствами, и т.д" .

В рамках данного видения более чем странными выглядит отказ руководства Белоруссии от кредита в рублях. Неужели у белорусских финансистов вера в доллар крепче, чем у Кудрина? 

Внешняя политика России и линии цивилизационных разломов

С учетом вышеизложенного, мы можем констатировать, что текущий мировой кризис обозначил спектр линии цивилизационного разлома. В наибольшей степени они проявились в сфере энергетики и в сфере финансов. Но не менее значимы линии цивилизационных разломов и в аспекте иерархий ценностей и в генетической памяти народов (клиополитика). В ближайшие годы станет очевидным, какие именно линии цивилизационного разлома окажут решающее влияние на процесс формирования новой карты мира.

Процесс формирования сетевых межгосударственных союзов – это перспективное направление для российской внешней политики. Сетевые межгосударственные союзы – это адекватный ответ России не только на создание "Восточного партнерства", но и на всю "многовекторную" политику наших ближайших соседей. Первые шаги в данном направлении уже сделаны.

Источник: http://www.imperiya.by/authorsanalytics19-5721.html

По теме "Геополитика":

Геополитические итоги 2008 года (новейшая глобальная история в формате direct – часть 6) (http://www.polit.nnov.ru/2009/02/10/gist08directgeo/)

Конкуренция глобальных Проектов: "Вашингтонский консенсус" vs "Пекинский консенсус" (Новейшая глобальная история в формате direct – часть 2) (http://www.polit.nnov.ru/2009/01/06/gistpewashproj2/)

G-2 или американо–китайский двухполярный мир: вызов для Китая (http://www.polit.nnov.ru/2009/01/26/usachina2wchi/)

Однополярный - многополярный мир  (Заметки по новейшей глобальной истории - часть 18) (http://www.polit.nnov.ru/2009/06/14/gillusionsmult18/)

© 2003-2021, Независимое Аналитическое Обозрение
При любом использовании информации ссылка на polit.nnov.ru обязательна